КОСМИЧЕСКАЯ ЭТИКА - Рассвет Сварога
Среда, 20.09.2017, 23:04
ПОИСК по форуму
Форма входа

Статистика

НОВОЕ на форуме
  • Аномальные природные явления на Земле (112)
  • Прогнозы и предсказания (1)
  • ЭНЕРГЕТИЧЕСКИЙ ПРОГНОЗ (61)
  • Кожные заболевания. Псориаз. (50)
  • Нужная информация о здоровье (44)
  • Влияние продуктов питания на человека (232)
  • Философия Космического Сознания (105)
  • Интересное из Инета (481)
  • Медицина о заболеваниях (88)
  • Коррупция, Улюкаев, Политические секты (12)
  • Про образование, пенсии и прочее (25)
  • Печень. Желчный пузырь. (46)
  • Тонкости геополитики. (39)
  • Самопознание (116)
  • ПРАВОВАЯ ИНФОРМАЦИЯ (25)
  • РУНЫ

    Руна дня



    © «Astral-Vision»
    Ссылки


    Приветствую Вас Гость | RSS
    ЦВЕТ. Наука неизвестная или забытая - Страница 2 - Космическая Этика
    [ Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · RSS ]
    Страница 2 из 4«1234»
    Модератор форума: Макошь, irina12641 
    Космическая Этика » В ПОИСКАХ ИСТИНЫ » Космическая ЭТИКА и РАЗВИТИЕ человека » ЦВЕТ. Наука неизвестная или забытая
    ЦВЕТ. Наука неизвестная или забытая
    burgunovДата: Понедельник, 18.01.2010, 20:45 | Сообщение # 16
    Просветитель
    Группа: Проверенные
    Сообщений: 285
    Статус: Убежал
    Основы цвета. Контраст дополнительных цветов

    Мы называем два цвета дополнительными, если их пигменты, будучи смешанными, дают нейтральный серо-чёрный цвет. В физике два хроматических света, которые при смешивании дают белый свет, также считаются дополнительными. Два дополнительных цвета образуют странную пару. Они противоположны друг другу, но нуждаются один в другом. Расположенные рядом, они возбуждают друг друга до максимальной яркости и взаимоуничтожаются при смешивании, образуя серо-чёрный тон, как огонь и вода. Каждый цвет имеет лишь один единственный цвет, который является по отношению к нему дополнительным. В цветовом круге в первых частях цикла дополнительные цвета расположены диаметрально один другому. Они образуют следующие пары дополнительных цветов:

    • жёлтый - фиолетовый
    • жёлто-оранжевый - сине-фиолетовый
    • оранжевый - синий
    • красно-оранжевый - сине-зелёный
    • красный - зелёный
    • красно-фиолетовый - жёлто-зелёный.

    Если мы проанализируем эти пары дополнительных цветов, то найдём, что в них всегда присутствуют все три основных цвета: жёлтый, красный и синий:

    • жёлтый - фиолетовый = жёлтый, красный + синий;
    • синий - оранжевый - синий, жёлтый + красный;
    • красный - зелёный = красный, жёлтый + синий.

    Подобно тому, как смесь жёлтого, красного и синего даёт серый, так и смесь двух дополнительных цветов также превращается в вариант серого цвета. Можно вспомнить также опыт из раздела "Физика цвета", когда при исключении одного из цветов спектра все остальные цвета, будучи смешанными, давали его дополнительный цвет.

    Для каждого из цветов спектра сумма всех остальных образует его дополнительный цвет. Физиологически доказано, что как и явление остаточного изображения, так и симультанный контраст иллюстрируют удивительный и до сих пор необъяснимый факт появления в наших глазах при восприятии того или иного цвета одновременно и другого, уравновешивающего его дополнительного цвета, который в случае его реального отсутствия спонтанно генерируется в нашем сознании. Это явление весьма важно для всех практически работающих с цветом.

    В разделе "Цветовая гармония" было установлено, что закон дополнительных цветов является основой гармоничности композиции, потому что при его соблюдении в глазах создаётся ощущение полного равновесия.

    Дополнительные цвета, в их пропорционально правильном соотношении, придают произведению статически прочную основу воздействия. При этом каждый цвет остаётся неизменным в своей интенсивности. Впечатления, производимые дополнительными цветами, идентичны сущности собственно самого цвета. Эта статистическая сила воздействия дополнительных цветов играет особо важную роль для настенной живописи.

    Однако помимо этого каждая пара дополнительных цветов обладает и другими особенностями. Так, пара жёлтый-фиолетовый представляет собой не только контраст дополнительных цветов, но и сильный контраст светлого и тёмного. Красно-оранжевый - сине-зелёный это также не только пара дополнительных цветов, но одновременно и чрезвычайно сильный контраст холодного и тёплого.

    Красный и дополнительный к нему зелёный одинаково светлы и обладают одинаковой цветовой яркостью. Чтобы яснее усвоить элементарную сущность контраста дополнительных цветов, приведём несколько следующих упражнений:

    На рисунках представлены три пары дополнительных цветов и их смеси, позволяющие получить серый тон. Цветовая градация полос, образованных при смешении каждой пары дополнительных цветов, определяется постепенным увеличением количества цвета, добавляемого к основному. При этом в центре каждого из этих рядов возникает тот нейтральный серый, который свидетельствует, что данная пара цветов является дополнительной. Если же этого серого не получается, то выбранные цвета не являются дополнительными. Рисунок в правом столбце (третий сверху) демонстрирует композицию из красного и зелёного и различных модуляций, возникающих при их смешении. Нижний рисунок в правом столбце составлен из квадратов, образованных смешением двух пар дополнительных цветов: оранжевого и синего и красно-оранжевого и сине-зелёного.

    Во многих картинах, построенных на контрастах дополнительных цветов, эти цвета используются не только в их собственно контрастных качествах, но и составляют основу смесей, которые, наоборот, служат средством тонального выравнивания произведений. Природа весьма часто демонстрирует нам подобное цветовое смешение. Его можно видеть на стеблях и листьях кустов красных роз пока ещё не распустились бутоны. Красный цвет будущих роз смешивается здесь с зелёным цветом стеблей и листьев, вследствие чего возникают прекрасные красно-серые и зелено-серые оттенки.

    С помощью двух дополнительных цветов можно получить особенно красивые серые тона. Старые мастера добивались столь цветного серого тона, например, благодаря тому, что на основной цвет полосками накладывали противоположный ему или же покрывали первый цветовой слой тончайшим слоем дополнительного к нему цвета.

    Пуантилисты добивались цветного серого тона другим способом. Они наносили чистые цвета мельчайшими точками рядом друг с другом, а появление собственно серого тона происходило уже в глазах зрителя.

    Примерами использования контраста дополнительных цветов могут служить следующие картины: "Мадонна канцлера Ролена" Ян ван Эйка (1 390-1441), Париж, Лувр; "Царь Соломон, встречающий царицу Савскую" в Ареццо и работа Поля Сезанна "Гора Сен-Виктор", Филадельфия, Музей искусства.

    Сообщение отредактировал burgunov - Понедельник, 18.01.2010, 20:45
     
    burgunovДата: Пятница, 22.01.2010, 13:04 | Сообщение # 17
    Просветитель
    Группа: Проверенные
    Сообщений: 285
    Статус: Убежал
    Основы цвета. Контраст цветового насыщения

    Говоря о "качестве цвета", мы имеем в виду его чистоту и насыщенность. Слова "контраст насыщения" фиксируют противоположность между цветами насыщенными, яркими и блёклыми, затемнёнными. Призматические цвета, полученные путём преломления белого света, являются цветами максимального насыщения или максимальной яркости.

    Среди пигментных цветов мы также имеем цвета максимальной насыщенности. В связи с этим мы советуем обратить внимание на последний рисунок главы "Контраст светлого и тёмного", который выявляет степень светлоты и темноты ярких цветов по отношению друг к другу. Едва только чистые цвета затемняются или осветляются, они теряют свою яркость.

    Цвета могут быть осветлены или затемнены четырьмя способами, причём они весьма различно реагируют на средства, которые используются в этих целях. Чистый цвет может быть смешан с белым, что придаёт ему несколько более холодный характер.

    Карминно-красный цвет при его смещении с белым приобретает синеватый опенок и резко меняет свой характер. Жёлтый также становится немного более холодным благодаря примеси белого, а основной характер синего цвета остаётся в значительной мере неизменным. Фиолетовый цвет чрезвычайно чувствителен к примеси белого, и если насыщенный тёмно-фиолетовый цвет имеет в себе нечто угрожающее, то от примеси белого он становится более светлым - лиловым - и производит приятное и спокойно-весёлое впечатление. Чистый цвет можно смешать с чёрным. При этом жёлтый теряет свою лучистую светлоту и яркость и приобретает некую болезненность и коварную ядовитость. Это немедленно сказывается на силе его яркости.

    Картина Жерико "Умалишённый", написанная в черно-жёлтых тонах, производит потрясающее впечатление душевного расстройства. Чёрный цвет усиливает присущую фиолетовому цвету мрачность, наделяет его некой безвольностью и уводит в темноту. При подмешивании чёрного цвета к ярко-красному кармину последний получает звучание, приближающее его к фиолетовому. Красная киноварь при подмешивании чёрного даёт нечто вроде жжённого, красно-коричневого вещества. Синий цвет затмевается чёрным. Достаточно небольшого добавления чёрного, чтобы его яркость быстро исчезла. Зелёный цвет допускает гораздо больше модуляций, чем фиолетовый или синий, и имеет много возможностей своего изменения. Обычно чёрный цвет отнимает у цветов их светлоту. Он отдаляет их от света и более или менее быстро "убивает".

    Насыщенный цвет может быть разбавлен благодаря добавлению к нему смеси чёрного и белого, то есть серого цвета. Едва только к насыщенному цвету добавляется серый, то получаются светлые, более светлые или более тёмные, но во всяком случае, более блёклые тона, чем тон первоначального цвета. Подмешивание серого цвета нейтрализует другие цвета и делает их "слепыми". Делакруа ненавидел серый цвет в живописи и по возможности избегал его, ибо смешанные с серым цветом тона нейтрализуются симультанным контрастом.

    Чистые цвета могут быть изменены путём добавления соответствующих дополнительных цветов. Если к фиолетовому цвету подмешать жёлтый, то получатся промежуточные тона между светло-жёлтым и тёмно-фиолетовым. Зелёный и красный не очень различаются по тональности, но при смешивании переходят в серо-черный. Различные смеси двух дополнительных цветов при осветлении их белым цветом дают редкостные по своей сложности тона.

    Если в какой-либо смеси участвуют все три цвета "первого порядка", то полученный цвет будет отличаться слабым, блёклым характером. В зависимости от пропорций, он может казаться желтоватым, красноватым, синевато-серым или чёрным. С помощью трёх цветов "первого порядка" могут быть получены все степени блёклости. То же относится и к трём цветам "второго порядка" или ко всякой другой комбинации, если только в этой смеси будут участвовать три основных цвета - жёлтый, красный и синий.

    Действие контраста "блёклый-яркий" относительно. Какой-нибудь цвет может показаться ярким рядом с блёклым тоном, и блёклым - рядом с более ярким. Основные упражнения по контрасту насыщения могут быть проведены на листе, расчерченном наподобие шахматной доски на двадцать пять квадратов. Чистый цвет помещается в центре, а нейтральный серый одинаковой яркости в каждом из четырёх углов. Затем смешиваем серый цвет с чистым, постепенно получая четыре более или менее разбавленных промежуточных тона. Для выявления контраста насыщения, необходимо устранить контраст светлого и тёмного, с тем чтобы яркость всех квадратов была одинаковой.

    Подобные упражнения могут быть выполнены и на основе размещений вместо серого цвета в угловых квадратах цветов, дополнительных к цвету центрального квадрата. При этом всё будет гораздо более ярким, чем при упражнении с серым цветом. Если мы хотим добиться выразительности всей композиции, используя только контраст насыщения без всяких иных контрастов, то блёклый цвет должен быть подмешан к яркому, то есть яркий красный должен контрастировать с блёклым красным, а синий яркий с блёклым синим.

    Но нельзя ставить вместе яркий красный с блёклым синим или яркий зелёный с блеклым красным. Иначе чистый контраст насыщения будет заглушен другими новыми контрастами, например, контрастом холода и тепла, и действие контраста насыщения с его тихой и спокойной выразительностью будет поставлено под вопрос.

    Блёклые тона - главным образом, серые - кажутся живыми благодаря окружающим их ярким цветам. Это можно наблюдать, если на одной части "шахматной доски" в каждом втором квадрате разместить нейтральный серый цвет, а в промежуточных квадратах разместить яркие цвета той же осветлённости, что и серый. Тогда мы увидим, что серый цвет приобретет некоторую живость, в то время как находящиеся рядом с ним яркие цвета покажутся менее яркими и относительно ослабленными. Использование контраста насыщения можно видеть в картинах Жоржа де ла Тура "Новорожденный", Музей города Ренн; Анри Матисса (1869-1954) "Пеон", Нью-Йорк, Музей современного искусства и Поля Клее (1879-1 940} "Волшебная рыба", Филадельфия, Музей искусства.

     
    NataliasvobДата: Воскресенье, 24.01.2010, 13:27 | Сообщение # 18
    Просветитель
    Группа: Проверенные
    Сообщений: 230
    Статус: Убежал
    Немного советов от психолога.

    Цвет и психология ребенка

    Солнечный желтый цвет вызывает жизнерадостное настроение,цвет надежды. Он тонизирует,развивает интеллект,способствует творчеству. В небольших дозах - это один из самых желательных цветов в детской комнате.
    Столь же оптимистично воспринимается голубой,небесный цвет.
    Розовый способствует развитию мягкости,но в то же время дипломотичности и гибкости характера,поэтому предпочтителен для комнаты девочек.
    Оранжевый содействует развитию силы,воли и уверенности в себе,оптимизму,однако если он присутствует в избытке - дает некоторую эксцентричность.
    Воздушным и легким кажется светло-зеленый,в то время как темно-зеленый выглядит тяжелым.Чистая зелень вызывает желание помечтать. Этот цвет считают символом защиты,он развивает прагматичность,настойчивость,оптимизм,является оптимальным для зрения.
    Синий,васильковый воспитывает усидчивость и терпение,твердость характера,уверенность,успокаивает.
    Фиолетовый вызывает погружение в себя,в свои мысли,философствование. Однако слишком темные тона этого цвета действуют угнетающе и могут привести к мрачному настроению,к депрессии.
    Красный выражает силу,активность,работоспособность,стремление действовать и добиваться успеха. Но переизбыток этого цвета ведет к агрессии.
    Коричневый вызывает стремление к комфорту и уюту,но и неуверенности в себе.
    Серый является идеальным "офисным " цветом,помогает вырабатывать аккуратность и пунктуальность,но в детских комнатах он желателен лишь в небольших дозах.
    Черный символизирует отрицание ярких коасок жизни и самого бытия, в детских комнатах он не должен присутствовать вообще.
    Белый цвет более приемлен в помещения для "утомленных жизнью" взрослых,в детских он допустим лишь в небольших количествах.

    Если ваш ребенок агрессивен - элементов насыщенных оттенков,особенно красных,в его комнате не должно быть много.Добавьте различные оттенки желтого,зеленого,синего или голубого и оранжево-пастельных тонов.

    Неусидчивому и физически слишком активному - сделайте комнату в фисташковых,мятно-зеленых,песочных,голубых тонах,внесите в цветовую палитру немного синих,светло-фиолетовых деталей.

    Неуверенного в себе,замкнутого ребенка окружите желтыми,светло-зелеными,салатовыми или голубыми и оранжевыми сочетаниями цветов,внесите легким штрихом немного синего и красного цвета.

    Пессимистическому,плаксивому и тихому ребенку в интерьер его комнаты совсем не оставляйте темных оттенков любого цвета.Основные тона -желтый,песочно-рыжий,всетло-зеленый или светло-бирюзовый,добавьте оранжевого,немного пурпурного.


    Наталья

    Сообщение отредактировал Nataliasvob - Воскресенье, 24.01.2010, 13:28
     
    burgunovДата: Вторник, 26.01.2010, 09:06 | Сообщение # 19
    Просветитель
    Группа: Проверенные
    Сообщений: 285
    Статус: Убежал
    Спасибо Nataliasvob, , за статью! smile

    Основы цвета. Контраст цветового распространения

    Контраст цветового распространения характеризует размерные соотношения между двумя или несколькими цветовыми плоскостями. Его сущность - противопоставление между "много" и "мало", "большой" и "маленький".

    Цвета могут компоноваться друг с другом пятнами любого размера. Но нам хотелось бы выяснить, какие количественные или пространственные отношения между двумя или несколькими цветами могут считаться уравновешенными и при каких условиях ни один из них не будет выделятся больше, чем другой. Силу воздействия цвета определяют два фактора. Во-первых, его яркость и, во-вторых, размер его цветовой плоскости. Для того. чтобы определить яркость или светлоту того или иного цвета, необходимо сравнить их между собой на нейтрально-сером фоне средней светлоты. При этом мы убедимся, что интенсивность или светлота отдельных цветов различны.

    Гёте установил для этой цели простые числовые соотношения, очень удобные в нашем случае. Эти соотношения приблизительны, но кто станет требовать точных данных, если имеющиеся в продаже краски, изготовленные на разных фабриках и продающиеся под одним и тем же названием, так сильно разнятся между собой? В конечном счёте решать должен глаз. Помимо того, цветовые участки в картине часто фрагментарны и сложны по форме, и было бы весьма трудно привести их к простым числовым отношениям. Глаз заслуживает большего доверия, но при условии, что он обладает развитой чувствительностью к цвету, По Гёте световую насыщенность различных цветов можно представить системой следующих соотношений:
    жёлтый: 9
    оранжевый: 8
    красный: 6
    фиолетовый: 3
    синий: 4
    зелёный: 6

    Приведём отношения светлоты следующих пар дополнительных цветов:
    жёлтый : фиолетовый == 9:3 = 3:1 = 3/4 ;1/4
    оранжевый : синий = 8:4= 2:1 = 2/3 ; 1/3
    красный : зелёный =6:6=1:1=1/2:1/2

    Если для гармонизации размеров цветовых плоскостей опираться на эти данные, то необходимо использовать эквиваленты, обратные соотношению световых величин. То есть, жёлтый цвет, будучи в три раза сильнее, должен занимать лишь одну треть пространства, занимаемого его дополнительным фиолетовым цветом.


    Как показано на рисунках, для гармоничных соотношений плоскостей, заполненных дополнительными цветами, характерны следующие пропорции:
    жёлтый : фиолетовый = 1/4 : 3/4
    оранжевый : синий - 1/3 : 2/3
    красный ; зелёный = 1/2 : 1/2

    Таким образом, гармоничные размеры плоскостей для основных и дополнительных цветов могут быть выражены следующими цифровыми соотношениями:
    жёлтый : 3
    оранжевый: 4
    красный: 6
    фиолетовый: 9
    синий: 8
    зелёный: 6

    Или:
    жёлтый : оранжевый =3:4
    жёлтый : красный =3:6
    жёлтый : фиолетовый =3:9
    жёлтый : синий =3:8
    жёлтый : красный : синий =3:6:8
    оранжевый : фиолетовый : зелёный =4:9:6

    Соответствующим образом можно представить также и все другие цвета в их соразмерной связи между собой.

    На правом верхнем рисунке представлен круг гармоничного соотношения основных и дополнительных цветов в их пространственных характеристиках. Он построен следующим образом:
    - сначала весь круг делится на три равные части, затем каждая из них, в свою очередь, опять делится пропорционально числовым отношениям двух дополнительных цветов:
    - одна треть круга для жёлтого и фиолетового цвета делится в соотношении 1/4 : 3/4;
    - другая треть, для оранжевого и синего, как 1/3 : 2/3,
    - и последняя треть для красного и зелёного представлена соотношением 1/2;1/2,

    Когда эти пропорции найдены, рисуется другой, того же размера круг, где в соответствии с найденными пропорциями создается цветовой ряд согласно последовательности цветового круга: жёлтый, оранжевый, красный, фиолетовый, синий и зелёный. Сгармонированные в своих размерах цветовые плоскости производят впечатление спокойствия и устойчивости. Контраст цветового распространения в этом случае нейтрализуется благодаря гармонично составленным цветовым пятнам.

    Представленная здесь система количественных соотношений имеет силу только при использовании цветов в максимальной их яркости. При её изменении меняются и соответствующие размеры цветовых площадей. Оба фактора - и яркость, и размер цветовой плоскости самым тесным образом связаны между собой.

    На левом нижнем рисунке красный и зелёный цвет даны в равных пространственных соотношениях. Красный и зелёный как комплиментарные (дополнительные) цвета, обладая равными пространствами своего цветового поля, создают ощущение устойчивой, прочной гармонии. Но в том случае, когда эти пространственные соотношения нарушены, возникает иррациональное беспокойство.

    Если в цветовой композиции вместо гармоничных пространственных отношений между цветами доминирует какой-то один цвет, композиция приобретает особо экспрессивную активность. Конкретность выбранных соотношений определяется поставленной целью и зависит от темы картины, художественного чутья и вкуса художника.

    При резко выраженном контрасте распространения цветов они начинают производить совершенно новое впечатление.

    На правом нижнем рисунке красный цвет представлен в предельно минимальном количестве. Зелёный по отношению к нему занимает огромную площадь, в связи с чем по закону симультанного контраста красный, наоборот, начинает звучать очень ярко.

    В разделе, посвящённом симультанному контрасту, было установлено, что глаз требует дополнения к каждому данному цвету. До настоящего времени причина этого явления не выяснена. По всей вероятности, мы подчинены какому-то всеобщему стремлению к равновесию и самозащите.

    Этому же стремлению обязан своим особым действием и контраст распространения. Написанный в меньшем количестве и занимающий меньшую площадь, попавший, так сказать, "в беду", цвет реагирует, обороняется и производит относительно более яркое впечатление, чем если бы он был использован в сгармонированных пропорциях, как на левом нижнем рисунке. Этот факт известен как биологу, так и садоводу. Когда растение, животное или человек в результате тяжёлых условий жизни попадает в бедственное положение, то в тех же растениях, животных и людях просыпаются силы сопротивления, которые при счастливом стечении обстоятельств позволяют достичь больших результатов.

    Если при длительном созерцании картины сосредоточить своё внимание на каком-либо цвете, занимающем незначительную площадь, то этот цвет начинает казаться всё более и более интенсивным и действует возбуждающе.

    Благодаря применению двух взаимно усиливающих друг друга контрастов можно придать картине необыкновенную живость и редчайшую цветовую экспрессию. Здесь проявляется исключительная особенность контраста распространения - его способность изменять и усиливать проявление всех других контрастов.

    В разделе, посвященном контрасту светлого и тёмного, уже немного говорилось о цветовом пропорционировании. Но в сущности именно только контраст распространения в полном смысле является контрастом пропорций. Если в композиции, основанной на контрасте светлого и тёмного, большая тёмная часть контрастирует с меньшей светлой, то благодаря этому противопоставлению произведение может приобрести особо углубленный смысл.

    Так, например, в картине Рембрандта "Мужчина с золотым шлемом" контрастное сопоставление совсем небольшого яркого пятна на его плече с общим объёмом головы мужчины невольно заставляет проникнуться ощущением особой значительности образа. В работах Мондриана композиционные структуры из полос красного, жёлтого и синего цвета держат общие размеры полотен. А у Брейгеля, в его картине "Падение Икара", контрастное сопоставление сине-зелёноватого-коричневого колорита пейзажа и вкрапленных в него небольших красно-оранжевых пятен рукава и воротника пахаря, выполняет уже иную роль, обеспечивая изобразительную целостность картины.

    Согласование размеров цветовых плоскостей по меньшей мере столь же важно в работе над живописным произведением, сколь и сам выбор цветовой гаммы, поскольку каждая цветовая композиция должна исходить и развиваться из соотношений цветовых пятен между собой. Формы, размеры и очертания цветовых плоскостей должны определяться характером цвета и его интенсивностью, а не предрешаться собственно рисунком.

    Соблюдение этого правила особенно важно для определения цветовых масс. Размеры цветовых пятен ни в коем случае не могут быть установлены с помощью линейных контуров, ибо эти размеры определяются лишь интенсивностью красок, характером цвета, его яркостью и силой воздействия, которая во многом зависит от контрасного сопоставления цветов. Если жёлтое пятно должно выделяться среди светлых тонов, то оно должно занимать значительно большую площадь, чем в том случае, когда это же пятно находится в окружении тёмных тонов. И здесь достаточно небольшого жёлтого пятна, поскольку его яркость усиливается самим окружением.

    Подобным же образом отношения всех цветовых масс должны выстраиваться в соответствии с силой их воздействия.

     
    burgunovДата: Четверг, 28.01.2010, 09:34 | Сообщение # 20
    Просветитель
    Группа: Проверенные
    Сообщений: 285
    Статус: Убежал
    Основы цвета. Смешение цветов

    Для того, чтобы проникнуть в богатство цветового мира, хорошо бы проделать несколько систематических упражнений по смешиванию цветов между собой. Исходя из чувствительности к цвету и из технических возможностей, для отдельных упражнений можно выбрать большее или меньшее число цветов, подлежащих смешению.

    Каждый цвет может быть смешан с чёрном, белым или серым цветом или с любым другим цветом хроматического ряда. Громадное число новых цветовых образований, возникающих при смешении, образует необозримое богатство цветового мира.

    Полосы. На двух концах узкой полосы мы помещаем любые два цвета и постепенно начинаем их смешивать. В зависимости от двух исходных цветов мы получаем соответствующие смешанные тона, которые в свою очередь могут быть осветлены или затемнены.

    Треугольники. Каждую сторону равностороннего треугольника мы делим на три равные части и соединяем полученные точки линиями, параллельными сторонам треугольника. Таким образом, получается девять маленьких треугольников, в угловые из которых мы помещаем жёлтый, красный и синий цвет и последовательно смешиваем красный с жёлтым, жёлтый с синим и красный с синим, помещая эти смеси в треугольники, расположенные между угловыми. В каждый из оставшихся треугольников мы помещаем смесь соприкасающихся с ним трёх цветов. Подобные упражнения можно провести и с другими цветами.

    Квадраты. В четырех углах схемы, состоящей из 25 квадратов, поместим белый, чёрный и основную пару дополнительных цветов - красный и зелёный, затем приступим к смешиванию цветов. Сначала пойдём от исходных углов, затем приступим к смешиванию тонов по диагонали, и наконец, получим отсутствующие здесь другие хроматические тона. Вместо чёрного, белого, красного и зелёного можно использовать и две другие пары дополнительных (комплиментарных) цветов.

    Цветовые тона взятых нами треугольника и квадрата образуют замкнутую единую систему тонов, которые являются между собой родственными. Каждый, желающий более подробно изучить возможности смешивания цветов, должен попытаться смешать каждый цвет с любым другим.

    Для этого следует разделить большой квадрат на 13 х 13 маленьких квадратов. При этом первый квадрат в верхнем ряду слева необходимо оставить белым. В квадраты верхнего горизонтального ряда следует поместить двенадцать цветов цветового круга, начиная с жёлтого, через жёлто-оранжевый до жёлто-зелёного. В квадратах первого вертикального ряда нужно последовательно дать фиолетовый цвет и через сине-фиолетовый и синий придти к красно-фиолетовому цвету. Квадраты второго горизонтального ряда получаются благодаря смешиванию каждого цвета первого горизонтального ряда с фиолетовым цветом. Квадраты третьего горизонтального ряда заполняются смесью цветов первого горизонтального ряда с сине-фиолетовым. Когда каждый цвет первого вертикального ряда будет смешан с цветами первого горизонтального ряда, то в общей схеме слева направо будет ясно видна диагональ серых тонов, ибо именно здесь происходит соединение дополнительных тонов.

    После того, как изучающие проблемы цвета выполнят известное число упражнений по смешиванию цветов, они могут перейти к более точному репродуцированию заданных им тонов. Образцы тональных решений могут быть взяты из природы, произведений искусства или из любых других художественно осмысленных вещей. Ценность подобных упражнений заключается в том, что здесь можно проверить своё восприятие цвета. Совершенно ясно, что как в тончайших технических процессах измерения и расчёты часто в конце концов оказываются недостаточными и нужный результат может быть получен только благодаря тонкому чутью особо одаренного рабочего, так и в художественном отношении смеси цветов и цветовые композиции могут быть безупречно выполненными только благодаря высокой чувствительности художника к цвету.

    Вообще говоря, восприятие цвета соответствует субъективному вкусу. Люди, особо чувствительные к синему цвету, будут различать множество его оттенков, в то время как оттенки красного, возможно, будут им малодоступны.

    По этой причине очень важно приобрести опыт работы с цветами всего хроматического ряда, в связи с чем и "чужие" для кого-то группы цветов смогут быть оценены в соответствии с их достоинствами. Кроме изложенных здесь принципов пигментарного смешивания, существует также и метод оптического цветового смешения. Он основан на том, что смешиваемые чистые цвета маленькими мазочками или точками располагаются рядом друг с другом. Когда покрытая таким образом поверхность начинает рассматриваться на определённом расстоянии, то все эти цветовые точки смешиваются в глазах в единое цветовое ощущение.

    Преимущество подобного рода смешивания заключается в том, что действующие на наши глаза цвета являются более чистыми и сильнее вибрируют. Разделение цветовой поверхности на элементарные точки-растры применяется в полиграфии и, в частности, в полноцветной офсетной печати, где все эти точки объединяются в глазах воспринимающих в сплошные цветовые поверхности.

    Если рассматривать книжные репродукции, отпечатанные на офсете, в увеличительное стекло, то эти точки отчётливо видны. В обыкновенной четырёхцветной печати различные опенки получаются путём комбинаций или смесей четырёх стандартных цветов - жёлтого, сине-зелёного, синевато-красного и чёрного. Совершенно ясно, что эти четыре компонента и их смеси не всегда дадут максимальную точность репродукции. В тех случаях, когда необходимо чрезвычайно высокое качество репродукции, используется семь и даже большее количество цветов.

    Другой наглядный пример смешивания цветов можно найти в ткачестве. Различно окрашенные основа и уток комбинируются согласно узору ткани в более или менее одно цветовое целое. Хорошо знакомым образцом здесь являются шотландские ткани, В тех местах, где цветные нити основы пересекаются с нитями утка того же цвета, возникают квадраты чистого яркого цвета. Там же, где пересекаются и смешиваются нити, окрашенные в разные цвета, ткань образуется как бы из разноцветных точек и её цвет воспринимается достаточно конкретным только на определённом расстоянии.

    Оригинальные решения этих клетчатых тканей из тонкой шерсти были геральдической принадлежностью отдельных шотландских кланов и до настоящего времени по своей цветовой гамме и цветовым отношениям служат образцами для текстильных рисунков.

     
    burgunovДата: Суббота, 30.01.2010, 10:49 | Сообщение # 21
    Просветитель
    Группа: Проверенные
    Сообщений: 285
    Статус: Убежал
    Основы цвета. Цветовой шар

    Представление о возможностях проявления цвета в его семи контрастах, которое можно было получить из предыдущих разделов книги, позволяет теперь наглядно выстроить ясную общую систему мира цвета в целом.

    Мы уже рассматривали двенадцатичастный цветовой круг, который базируется на трех основных цветах - жёлтом, красном и синем в их постепенном переходе от одного к другому. Однако эта схема недостаточна для всеобъемлющего обзора всей цветовой системы. Вместо круга здесь необходим тот самый шар, который уже Филиппом Отто Рунге был представлен как наиболее подходящая форма для проведения цветовой систематизации. Шар является элементарной объёмной и симметричной формой, позволяющей наиболее полно выразить многообразные свойства цвета. Он позволяет составить отчётливое представление о законе дополнительных цветов и наглядно показать все основные взаимоотношения хроматических цветов, а также их взаимодействие с чёрным и белым цветом.

    Если мы представим себе цветовой шар прозрачным, в каждой точке которого находится определённый цвет, то у нас сразу появится возможность представить все цвета в их взаимоподчинённости. Каждая точка шара может быть определена с помощью своего меридиана и своей параллели. Для отчетливого представления о цветовом порядке нам понадобиться шесть параллелей и двенадцать меридианов.

    На поверхность шара мы наносим шесть параллелей, расположенных на одинаковом расстоянии друг от друга и образующих семь зон, и перпендикулярно к ним, от полюса к полюсу, проводим 12 меридианов. В экваториальной зоне, в двенадцати одинаковых секторах располагаются все чистые цвета двенадцатичастного цветового круга. Полярные зоны покрываются белым цветом в верхней части и чёрным - в нижней. Между белым цветом и экваториальной зоной каждого чистого цвета последовательно располагаются две ступени его осветления. От экваториальной зоны в сторону тёмного полюса мы также даём к каждому чистому цвету по две, но теперь уже затемнённые ступени.

    Поскольку двенадцать чистых цветов обладают неодинаковой светлотой, то ступени по направлению к белому и чёрному цвету должны быть рассчитаны для каждого цвета отдельно. Чистый жёлтый цвет, например, очень светел и поэтому его два осветлённых тона очень близки между собой, в то время как оба затемнённых - очень далеки друг от друга. Фиолетовый цвет - самый тёмный из чистых цветов и его осветлённые оттенки значительно отдалены друг от другого, в то время как затемнённые - очень близки.

    Каждый из двенадцати цветов должен быть осветлён и затемнён исхода из его нормальной яркости, в результате чего к каждому из двенадцати цветов мы получаем по два параллельных кольца с осветлёнными и затемнёнными опенками. Причём каждое из этих колец обладает различной тональной яркостью. Так, в первом поясе осветления жёлтый цвет будет намного светлее фиолетового, то есть в каждом поясе все двенадцать цветов не имеют одинаковой светлости. Поскольку цветовой шар нельзя показать при иллюстрировании в трёх измерениях, то мы вынуждены спроецировать его сферическую поверхность на плоскость. Если посмотреть на этот шар сверху, то в его центре мы увидим белую зону, которая заключена между двух поясов осветлённых оттенков, и половину экваториальной зоны чистых цветов.

    Глядя же на цветовой шар снизу, увидим в центре чёрную зону, затем две, прилегающие к ней затемнённые зоны и половину экваториальной части чистых цветов. Для того чтобы сразу увидеть всю поверхность цветового шара, мы должны представить себе более тёмное полушарие разрезанным по меридианам и спроецированным на плоскости осветлённых тонов. В результате мы получаем двенадцатиконечную звезду. В её центре находится белый цвет. К нему примыкают зоны осветлённых тонов, за которыми следуют зона чистых цветов и две зоны затемнённых, с чёрным цветом на самом конце лучей этой цветовой звезды.


    На левом верхнем рисунке мы видим общую поверхность цветового шара. В её экваториальной зоне расположены чистые цвета, которые постепенно в два этапа осветляются и сливаются с белым поясом. Тоже происходит и в противоположном "полушарии", где чистые цвета также постепенно в два этапа затемняются и переходят в чёрный цвет. На правом верхнем рисунке подобный же процесс показан на обратной стороне шара и вся его поверхность, таким образом, становится полностью охваченной.

    Если же мы хотим понять, что происходит внутри шара, то должны произвести его рассечение. На левом нижнем рисунке даётся горизонтальное сечение цветового шара по экватору, где мы замечаем зону нейтрального серого цвета в центре и кольцо из чистых цветов по внешней стороне. В двух зонах между чистыми цветами и серым идут мрачные тона смесей дополнительных цветов. Если мы возьмём два противоположных цвета экваториальной зоны, то получим все степени затемнения, которые были представлены на рисунках в разделе дополнительных цветов. Подобные поперечные сечения могут быть произведены по линии любых пяти поясов шара.

    В центре шара по его вертикальной оси от белого полюса к чёрному проходит ряд серых тонов. Наше изображение ограничивается семью ступенями осветления, и поэтому четвёртая ступень серых тонов должна соответствовать среднему серому тону между белым и чёрным, причём этот серый цвет образует середину шара. Подобный же серый цвет может быть получен путём смешивания любых двух дополнительных цветов. На правом нижнем рисунке показано вертикальное сечение цветового шара по цветовой зоне красно-оранжевый - сине-зелёный. В экваториальной части этого сечения слева располагается сине-зелёный цвет и справа - красно-оранжевый в их предельной яркости. Затем в сторону центральной оси идут по две ступени их смешанных вариантов, а вся экваториальная цепочка в целом постепенно осветляется к белому полюсу и затемняется -к чёрному. Следует обратить внимание на то, что цветовая насыщенность осветлённых и затемнённых ступеней должна быть равной и соответствовать серому тону каждой их них.

    Упражнения с цветовыми градациями в горизонтальных и вертикальных сечениях совершенствуют наше представление о цвете. В горизонтальных рядах организуются чистые цвета, в вертикальных даются их градации в сторону осветления и затемнения. Эта систематизация позволяет развить нашу чувствительность к цвету, как с точки зрения его восприятия, так и с точки зрения ощущения степеней осветлённости и затемненности цвета. Цветовой шар дает возможность представить:
    чистые призматические цвета, расположенные по экватору сферической поверхности;
    смешанные цвета дополнительных пар, распложенные в горизонтальных сечениях;
    смеси любых пар дополнительных цветов, осветлённых по направлению к белому полюсу и затемнённых по направлению к чёрному.

    Предположим, что мы имеем магнитную стрелку, закреплённую в центре цветового шара. Если мы направим конец стрелки на какую-либо точку шара, то другой её конец будет направлен на симметричную точку и цвет, дополнительный к первому. Если конец стрелки будет указывать на вторую ступень светлоты красного цвета, а именно ~ на розовый цвет, то другой конец стрелки будет указывать на такую же ступень затемнённого дополнительного зелёного цвета. Если мы направим конец стрелки на вторую затемнённую ступень оранжевого цвета, а именно - на коричневый цвет, то другой конец магнитной стрелки укажет нам вторую ступень осветления синего цвета. Таким образом, мы узнаем, что не только противолежащие цвета, но и ступени их светлоты находятся в тесной взаимосвязи друг с другом.

    На схеме показаны пять основных способов перехода между двумя контрастирующими цветами. Если мы хотим работать с парой дополнительных цветов, например, оранжевым и синим, и начнём искать тона, которые их объединяют, то мы должны сначала локализовать оба эти цвета на цветовом шаре.

    Оранжевый, расположенный на экваториальной линии, будет двигаться к красному и далее к фиолетовому, это в одном направлении, а в другом - к жёлтому и зелёному, переходя в синий. Это - горизонтальные варианты движения цвета. Но тот же самый оранжевый, следуя по меридиану, будет объединяться с синим через светло-оранжевый, белый и светло-голубой, это в одном направлении, а в другом - через тёмно-оранжевый, чёрный и тёмно-синий. И это - вертикальный путь их взаимосвязи.

    Если следовать от оранжевого к синему по диаметру цветового шара, то оба дополнительных цвета могут быть соединены с помощью серого цвета или других смесей оранжевого с синим в следующем порядке: оранжево-серый, серый и сине-серый. И это - диагональный путь их взаимодействия. Эти пять главных направлений будут являться самыми кратчайшими и простейшими линиями соединения двух дополнительных (комплиментарных) цветов.

    Если предположить, что данная систематизация устраняет все трудности в овладении цветом, то это не так. Мир цвета обладает невероятными внутренними возможностями, богатство которых лишь частично может быть сведено к элементарной систематизации. Каждый цвет сам по себе есть целый космос. Но здесь мы должны удовлетвориться лишь изложением его элементарных основ.

    К примеру, возьмём два соседних от фиолетового цвета: сине-фиолетовый и красно-фиолетовый, или наоборот, лежащие рядом с жёлтым: жёлто-зеленый и жёлто-оранжевый, то и эти созвучия также будут гармоничными по своему характеру, хотя в этом случае геометрической фигурой, связывающей их, будет теперь равнобедренный треугольник, как это показано на рисунке.

    Если фигуры треугольников, и равнобедренного, и равностороннего, представить себе вписанными в цветовой круг, то, перемещая их вершины внутри круга по своему желанию, можно точно определить то или иное гармоничное трезвучие. При этом возникают два пограничных случая, когда одна из вершин треугольника находится на белом или чёрном полюсе. Если мы используем равносторонний треугольник, одна из вершин которого соприкасается с белым, то две другие вершины будут указывать на первые затемнённые ступени пары дополнительных цветов. Тогда мы, к примеру, получим такое трезвучие: белый, затемнённый сине-зелёный и затемнённый оранжевый. Если же одна из вершин соприкасается с чёрным, то подобным образом мы получим чёрный, осветлённый сине-зелёный и осветлённый оранжевый. Эти случаи убеждают в том, что при использовании белого или чёрного в действие вступает контраст светлого и тёмного.

    Созвучие четырех цветов. Если из двенадцатичастного круга выбрать две пары дополнительных цветов, соединяющие линии которых перпендикулярны друг другу, то мы получим фигуру квадрата, как это показано на рисунке. При этом возникает три четверозвучия: жёлтый, красно-оранжевый, фиолетовый, сине-зелёный; жёлто-оранжевый, красный, сине-фиолетовый, зелёный; оранжевый, красно-фиолетовый, синий, жёлто-зелёный.

    Другие четырёхцветные созвучия легко определить благодаря фигуре прямоугольника, объединяющего две пары дополнительных цветов, как например: жёлто-зелёный, красно-фиолетовый, жёлто-оранжевый, сине-фиолетовый; жёлтый, фиолетовый, оранжевый, синий. Третья фигура для получения четырёхзвучия - трапеция. Два цвета расположены рядом друг с другом, а два противоположных находятся справа и слева от их дополнительных цветов. Подобные сочетания стремятся к симультанному изменению, хотя и являются гармоничными, образуя при смешении серо-чёрный цвет. Вписывая фигуры, показанные на рисунке, в цветовой шар и поворачивая их, можно получить очень большое число новых цветовых сочетаний.

     
    burgunovДата: Вторник, 02.02.2010, 20:22 | Сообщение # 22
    Просветитель
    Группа: Проверенные
    Сообщений: 285
    Статус: Убежал
    Основы цвета. Созвучие шести цветов

    Шестиугольники могут быть получены двумя различными путями.

    В двенадцатичастный цветовой круг можно вместо треугольника или квадрата вписать шестиугольник. И тогда гармоничное шестизвучие будет базироваться на трёх парах дополнительных цветов. В него можно вписать два таких шестиугольника, состоящих из жёлтого, фиолетового. оранжевого, синего, красного, зелёного и жёлто-оранжевого, сине-фиолетового, красно-оранжевого, красно-фиолетового, жёлто-зелёного и сине-зелёного.

    Эти шестиугольники можно поместить в цветовой шар, и вращая их, получить на основе осветлённых или затемнённых тонов интересные цветовые комбинации. Другой способ получения шестиугольника заключается в присоединении чёрного и белого цвета к четырём чистым цветам. Мы помещаем квадрат в экваториальный пояс цветового шара и получаем четырёхзвучие, основанное на двух парах дополнительных цветов. Затем каждый угол квадрата соединяем с белым цветом вверху и с чёрным внизу. В результате мы получаем октаэдр.

    Любое четырёхцветное созвучие, которое может быть построено в экваториальной зоне, может быть превращено за счет включения в него белого и чёрного цвета в созвучие из шести цветов. Вместо квадрата может быть также использован и просто четырёхугольник.

    С помощью треугольника, который как основная фигура комбинируется с белым и чёрным цветом, можно получить созвучие пяти цветов. Оно может состоять, например, из следующих цветов: жёлтого, красного, синего, чёрного и белого или оранжевого, фиолетового, зелёного, белого и чёрного. После всего изложенного здесь становится ясно, что выбор цветовых сочетаний и их модуляции как основы изображения не может быть произвольным.

    Понятно, что все исходные моменты определяются выбранной художником предметной или абстрактной темой произведения, Однако выбор цветовых сочетаний и их разработка - это объективная реальность и проявление каприза или поверхностной спекуляции здесь неуместно. Каждый цвет и каждая цветовая группа - это своего рода особая индивидуальность, которая развивается и живёт по своим собственным законам.

    Смысл цветового созвучия заключается в том, чтобы, правильно используя цветовые противопоставления, суметь добиться наиболее сильного воздействия цвета. Основной жёлто-красно-синий аккорд должен показать, как из конструктивно построенного созвучия можно получить различные вариации в их различном цветовом воздействии. Один вариант - это когда жёлтый расположен между красным и синим, другой - когда красный находится между жёлтым и синим, или синий между жёлтым и красным. Цвета основного созвучия могут быть скомбинированы с затемнёнными тонами чистых цветов, создающими контраст насыщения. Все три цвета могли бы быть затемнены и осветлены на основе контраста светлого и тёмного. Если бы все три цвета были одинаково осветлены и чистые цвета присутствовали бы здесь в виде небольших полосок, то это сочетание дало бы контраст распространения.

    В том же случае, когда один цвет начинает количественно преобладать над другими, достигается экспрессивное звучание цвета. Если зайти так далеко и изменить какой-либо чистый цвет созвучия на расположенный справа и слева от него, то есть заменить жёлтый цвет жёлто-зелёным и жёлто-оранжевым, или красный - красно-оранжевым и красно-фиолетовым, а синий - сине-зелёным и сине-фиолетовым, то сочетание, состоящее из трёх цветов, превратится в четверозвучие, которое значительно обогатит возможности наших вариаций. Эти примеры показывают, что теория гармоничных созвучий совсем не стремится ограничить воображение, а скорее открывает более широкие возможности достижения различных выразительных проявлений цвета.

     
    burgunovДата: Суббота, 06.02.2010, 11:45 | Сообщение # 23
    Просветитель
    Группа: Проверенные
    Сообщений: 285
    Статус: Убежал
    Основы цвета. Форма и цвет

    В дальнейшем, в разделе, специально посвящённом теории цветовой выразительности, я попытаюсь описать выразительные возможности цвета. Однако, форма, также как и цвет, обладает своей "чувственно-нравственной" выразительной ценностью.

    В живописном произведении эти выразительные качества формы и цвета должны действовать синхронно, то есть форма и цвет должны поддерживать друг друга. Как для трёх основных цветов - красного, жёлтого и синего, так и для трех основных форм - квадрата, треугольника и круга должны быть найдены присущие им выразительные характеристики.

    Квадрат, основной характер которого определяется двумя горизонтальными и двумя вертикальными пересекающимися линиями одинаковой длины, символизирует материю, тяжесть и строгое ограничение. В Египте квадрат служил иероглифом слова "поле". И понятно почему мы чувствуем сильное напряжение, если хотим заставить прямые стороны и прямые углы квадрата выразить движение. Все формы, построенные на горизонталях и вертикалях, носят характер уквадраченых форм, включая сюда крест, прямоугольник, меандр и их производные.

    Квадрату соответствует красный цвет как цвет материи. Тяжесть и непрозрачность красного цвета согласуется со статикой и тяжёлой формой квадрата.

    Форма треугольника возникает из трёх пересекающихся диагоналей. Его острые углы кажутся боевыми и агрессивными. К треугольнику причисляются все формы диагонального характера, как например, ромбы, трапеции, зигзаги и их производные. Треугольник - символ мысли и его невесомый характер позволяет сравнивать его в области цвета со светло-жёлтым.

    Круг - это геометрическая форма, которая возникает при движении на постоянном расстоянии от определённой точки, расположенной на какой-нибудь поверхности. В противоположность тяжёлому, напряжённому чувству движения, которое вызывает квадрат, движение для круга естественно, постоянно и создаёт чувство отдыха и ослабления напряжения. Круг - символ постоянно подвижной духовности. В древнем Китае планировка храмов строилась на основе Kруга, в то время как дворец земного императора возводился на основе квадратных форм. Астрологическим символом солнца является круг сточкой в центре. К кругу причисляются все изогнутые формы кругообразного характера, такие как эллипс, овал, волнообразные формы параболы и их производные. Непрерывному движению круга в области цвета соответствует синий цвет.

    В целом можно сказать, что квадрат - это символ неподвижной материи, треугольник, излучающий себя во все стороны, является знаком мысли, а круг - вечное движение духа.

    Если для цветов второго порядка попытаться подыскать соответствующие им формы, то для оранжевого - это будет трапеция, для зелёного - сферический треугольник и для фиолетового - эллипс. Подчинённость определённого цвета соответствующей ему форме предполагает некий параллелизм. Там, где цвет и форма согласованы в своей выразительности, их воздействие на зрителя удваивается. Картина, воздействие которой определяется главным образом цветом, должна подчинять форму в её композиции цвету, a картина, в которой художник придаёт главное значение форме, в своём цветовом решении должна идти от формы.

    Кубисты уделяли особое внимание проблемам формы и поэтому относились к цвету редуцированно, уменьшая в своих картинах количество используемых ими цветов. Экспрессионисты и футуристы в равной степени проявляли интерес и к форме, и к цвету. Импрессионисты и ташисты предпочитали форме цвет. То, что говорилось о субъективном отношении к цвету, применимо и к форме.

    Каждому человеку в соответствии с его конституцией присуще предпочтение определенным формам. И неслучайно графологи обстоятельно исследуют связи между субъективными формами почерка и личностью писавшего. Однако в рукописном шрифте могут проявить себя только некоторые субъективные факторы.

    В древнем Китае восхищались шрифтами, имевшими субъективно оригинальный характер. Но больше всего ценились шрифты, в которых оригинальность и гармония были уравновешены.Работы тушью особо почитались. Лианг К'аи и другие большие мастера в искусстве шрифта пошли ещё дальше. Интерес к "оригинальности и индивидуальности стиля" уступили место поиску абсолюта и решению каждой темы на основе общедействующих средств выразительности. Рисунок шрифта у Лианг К'аи настолько различен, что нужны большие усилия, чтобы определить его авторство. Субъективный характер формы преодолевался им во имя их высшей объективной правдивости.

    В искусстве живописи имеется множество объективно обусловленных возможностей. Они открываются и в построении пространства, и в распределении акцентов, и в свободном выборе форм и поверхностей с их колоритом и текстурой.

    В европейской живописи к объективности в цвете и форме стремился Маттиас Грюневальд. В то время как Конрад Витц и Эль Греко были чрезвычайно объективны, прежде всего, в колорите, но предельно субъективны в передаче форм. Жорж де ла Тур субъективно работал и с цветом, и с формой, так же как и Ван Гог, предпочитавший формальную и цветовую субъективность.

     
    burgunovДата: Понедельник, 08.02.2010, 20:02 | Сообщение # 24
    Просветитель
    Группа: Проверенные
    Сообщений: 285
    Статус: Убежал
    Основы цвета. Пространственное воздействие цвета

    Пространственное воздействие цвета может зависеть от различных компонентов. В самом цвете есть силы, способные выявлять глубину. Это происходит за счёт контраста светлого и тёмного, а также возможностей изменения насыщенности цвета и его распространения. Помимо этого изменения пространственных ощущений можно добиться с помощью диагоналей и всевозможных пересечений.

    Когда шесть цветов - желтый, оранжевый, красный, фиолетовый, синий и зелёный расположены на чёрном фоне один возле другого без интервалов, то совершенно явно видно, что светлый жёлтый цвет кажется выступающим, а фиолетовый погружается в глубину чёрного фона. Остальные цвета образуют промежуточные ступени между жёлтым и фиолетовым.

    При использовании белого фона впечатление глубины меняется. Фиолетовый цвет выталкивается белым фоном и кажется выступающим вперёд, в то время как жёлтый цвет удерживается белым в качестве "близкого и родственного". Эти наблюдения доказывают, что для оценки впечатления глубины, общий цвет фона столь же важен, как и отдельный цвет. Здесь ещё раз приходится сталкиваться с относительностью цветового воздействия, о котором уже говорилось в разделах, посвящённых физической реальности цвета и цветовому воздействию, симультанному контрасту и цветовой выразительности.

    Ещё в 1915 году мною проводилось много исследований, связанных с выявлением возможностей цвета выявлять глубину пространства, в результате которых я пришел к заключению, что шесть основных цветов на чёрном фоне в соответствии со ступенями проявления их глубины соотносятся с пропорциями золотого сечения.

    Принцип золотого сечения основан на том, что самый маленький отрезок относится к самому большому, как самый большой к их общей сумме. Если расстояние АВ разделено по принципу золотого сечения в точке С, то это означает, что АС относится к СВ как СВ к АВ. В области цвета это означает следующее: если мы поместим оранжевый цвет между жёлтым и красным, каждый из которых имеет свою степень глубины, то разница глубины между жёлто-оранжевым и оранжево-красным будет соответствовать отношениям "меньшего" к "большему". То же отношение "меньшего" к "большему" существует между жёлто-красно-оранжевым и красно-оранжево-синим. В тех же пропорциях золотого сечения находятся жёлто-красный и красно-фиолетовый цвет, как и жёлто-зелёный и зелено-синий.

    Жёлтый, красно-оранжевый и синий на чёрном фоне имеют следующую картину заглубления: жёлтый сильно выступает вперёд, красный в меньшей степени, а синий кажется почти столь же глубоким, как чёрный.

    На белом фоне возникает обратное впечатление: синий сильно выступает вперёд, красно-оранжевый остаётся почти на месте, а жёлтый только слегка выдвигается вперёд. Отношения глубин между жёлтым и красно-оранжевым, красно-оранжевым и синим соответствуют отношениям "большего" к "меньшему".

    Все светлые тона на чёрном фоне будут выступать вперёд в соответствии со степенью их светлости. На белом фоне впечатление будет обратное: светлые тона остаются на уровне белого фона, а тёмные постепенно выступают вперёд.

    Что касается холодных и тёплых цветов одинаковой светлоты, то тёплые цвета будут выступать вперёд, а холодные стремиться в глубину.

    Если встречается контраст светлого и тёмного, то ощущения глубины будут или увеличиваться благодаря цвету, или нейтрализуются, или же будут действовать в обратном направлении. Одинаково светлые сине-зелёный и красно-оранжевый ведут себя на чёрном фоне следующим образом - красно-оранжевый выступает вперёд, а сине-зелёный уходит вглубь.

    Если красно-оранжевый будет осветлён, то он выступит вперёд ещё сильнее. Если слегка осветлить сине-зелёный, то он произведёт то же впечатление глубины, что и красно-оранжевый, а если он будет осветлён ещё сильнее, то выступит вперёд, а красно-оранжевый, наоборот, отступит назад.

    Контраст насыщения вызывает следующие ощущения в восприятии цвета: яркие цвета будут выступать вперёд по сравнению с одинаково светлыми, но притуплёнными цветами. Как только к этому контрасту прибавляется контраст светлого и тёмного или холодного и тёплого, впечатление глубины снова изменяется.

    Контраст распространения или контраст размеров цветовых плоскостей играет большую роль в создании впечатления глубины. Когда на большой красной поверхности имеется маленькое жёлтое пятно, то красный цвет становится как бы фоном и жёлтый цвет в этом случае выступает вперёд. Если мы будем увеличивать площадь, занятую жёлтым цветом, и уменьшать, занятую красным, то может настать такой момент, когда жёлтый цвет будет играть более значительную роль, чем красный. Жёлтый цвет может стать фоном и вытеснить красный вперёд.

    Если бы мы захотели рассмотреть все возможные варианты с точки зрения изменения впечатлений относительно глубины цвета, то это не дало бы нам никакой уверенности в правильном создании пространственного равновесия каждой цветовой композиции. Здесь можно рассчитывать на личный тонкий вкус художника и поставленные им цели.

    Для того, чтобы пронаблюдать пространственные возможности диагоналей, нужно жёлтый, красно-оранжевый и синий расположить на чёрном и белом фоне в двух диагональных направлениях, водном случае - слева направо и в другом - справа налево. Проблемы создания живописных иллюзий глубины можно изучить, сравнивая, например, жёлтый и синий прямоугольники во всевозможных вертикальных и горизонтальных их положениях, пересечениях и наложениях, используя для этого белый и чёрный фон.

    Если о цвете хотят судить как о силе, способной обеспечить живописную глубину, то для этого нужно упражнять своё видение в восприятии возможностей цвета в построении пространства.. "Не устраивайте окон, не делайте дыр в картине", - говорил Коро, призывая живописцев быть внимательными к общей целостности живописного пространства.

    Особо сильного ощущения глубины картины можно добиться, используя взаимодействие цвета, вертикальных и горизонтальных направлений и пространственных планов композиции между собой. Чаще всего пространство картины строится за счет двух, трёх и большего количества планов. Например, Клод Лоррен пространство своих пейзажей строит на использовании пяти планов. Но наиболее распространённый вариант плоскостно-изобразительной передачи пространства основан на двух планах.

     
    burgunovДата: Воскресенье, 14.02.2010, 11:01 | Сообщение # 25
    Просветитель
    Группа: Проверенные
    Сообщений: 285
    Статус: Убежал
    Основы цвета. Теория цветовых впечатлений

    Исходной точкой теории цветовых впечатлений является исследование цветовых проявлений в природе. Это значит, что нам следует изучать впечатления, которые цветные объекты производят на наше зрение.

    Однажды, в 1 922 году, вскоре после приглашения Кандинского преподавать в Государственном Баухаузе в Веймаре, Гропиус, Кандинский, Клее и я спокойно беседовали, как вдруг совсем непосредственно Кандинский спросил: "Какие предметы вы преподаёте?". Клее ответил, что он читает лекции по проблемам формы, а я - свой вводный курс. Кандинский сухо заметил: "Ладно, тогда я буду вести рисунок с натуры!". Мы кивнули и больше ничего не говорили о наших учебных планах. И Кандинский действительно в течение многих лет после этого стал вести в Баухаузе занятия по аналитическому изучению натуры.

    Симптоматично, что в наше время, при неопределённой ориентации художественных школ, приходится дискутировать о необходимости изучения натуры. Под её изучением следует понимать не подражательную передачу случайных впечатлений, а прежде всего, аналитическую, исследовательскую проработку объективных характеристик форм и цвета. Для такого изучения необходима интерпретация природы, нежели её имитация. Однако чтобы интерпретация соответствовала сущности явлений, необходимы точные наблюдения и ясное мышление, которые должны предшествовать созданию изображения.

    Чем яснее становится смысл, тем больше обостряются чувства, и художественное восприятие привыкает к логическому анализу наблюдений. Изучающие должны вести "борьбу" с природой, ибо её возможности воздействия иные и превышают те изобразительные средства, которыми мы располагаем в искусстве. Сезанн с огромным интересом работал над мотивами природы. Ван Гог был разрушен этой борьбой, пытаясь в неустанном труде передать свои впечатления от природы, преобразуя их в свою собственную систему цветовой и формальной живописности.

    Каждый художник в соответствии со своими наклонностями должен определить для себя меру своей работы по изучению природы. Однако было бы неразумно пренебрегать внешним миром из-за избытка нашего внутреннего. Природа в своём ритме времён года, обращённом то наружу, то внутрь себя. могла бы служить нам идеальным примером. Весной и летом силы земли выходят наружу, воплощаясь в росте и созревании, а осенью и зимой возвращаются снова назад и обновляются для будущего роста.

    Рассмотрим теперь проблему цвета в природе. С позиций физики все предметы сами по себе цвета не имеют. Когда белый свет -- под которым мы подразумеваем солнечный свет - освещает поверхность какого-либо предмета, то последний в соответствии со своим молекулярным составом поглощает одни световые волны определённой длины, или цвета, и отражает другие.

    В разделе "Физика цвета" было установлено, что цвета спектра могут быть разделены на две группы, причём каждая из этих групп может быть объединена в один цвете помощью собирательной линзы. Полученные таким путём два цвета взаимно дополняют друг друга. Таким образом, отражённые поверхностью предмета световые лучи оказываются цветом, дополнительным по отношению к сумме поглощённых лучей. Отражённый цвет кажется нам тем локальным цветом, который присущ данному предмету.

    Тело, которое отражает все лучи белого света и не поглощает ни одного, выглядит белым. Тело, которое поглощает все лучи белого света и не отражает ни одного, кажется нам чёрным.

    Если мы осветим синее тело оранжевым светом, то оно будет казаться чёрным, ибо в оранжевом нет синего, который могло бы отразить это тело. Отсюда можно судить о громадном значении цвета освещения.

    Изменение цвета освещения меняет и локальные цвета освещённых предметов. Чем хроматичнее освещение, тем сильнее меняется локальный цвет. Чем цвет освещения ближе к белому, тем интенсивнее отражаются непоглощённые предметами цвета и тем более чистым покажется нам их локальный цвет. При изучении цвета в природе чрезвычайно важными оказываются наблюдения за цветом освещения. В этой связи было бы полезно обратиться к методам работы импрессионистов, которые непрестанно изучали изменения локальных цветов под действием меняющегося освещения.

    Само собой разумеется, что важен не только цвет освещения, но и его интенсивность. Свет не только придает окраску предмету, но и материализует его пластически. Для передачи этих качеств необходимо, по крайней мере, иметь ввиду три различные градации силы света:
    свет, обладающий полной силой,
    обладающий средней силой и
    свет, обеспечивающий ощущение тени.

    При освещении светом средней силы локальные цвета предметов приобретают особую чёткость, также как и фактурные особенности поверхностей становятся более очевидными. При свете в полную силу цвет предмета высветляется. а в тени - воспринимается смутным и затемнённым.

    Отражённые цветовые лучи весьма сильно изменяют локальные цвета предметов.

    Локальный цвет, как уже было замечено, возникает благодаря тому что цветовые лучи отражаются и переходят в окружающее пространство. Если данный предмет имеет красный цвет и его красные лучи падают на рядом стоящий белый предмет, то на последнем заметно красноватое отражение. Если красные лучи упадут на зелёный предмет, то мы увидим на нём серо-чёрное отражение, ибо взаимодействие красного и зелёного цвета ведет к уничтожению друг друга. Если красные лучи падают на чёрную поверхность, то на ней видны черно-коричневые рефлексы.

    Чем более глянцевыми будут поверхности предметов, тем сильнее и ощутимее будет отражение. Изучая изменения собственно цвета предметов при непрерывном изменении цвета солнечного света и цвета отражений, импрессионисты пришли к заключению, что локальные цвета растворяются в общей цветовой атмосфере. Это означает, что при изучении цветовых впечатлений следует обратить внимание на четыре главных момента: локальный цвет предмета, цвет освещения, цвет при интенсивном и теневом освещении.

    Предмет может быть представлен различным образом. Он может быть изображён сверху спереди и сбоку в самых точных его пропорциях. И это будет аналитической формой его изображения. Затем предмет может быть вычерчен согласно законам перспективы или же передан пластически с помощью света и теней. Красная ваза и жёлтый ящик могут быть нарисованы в перспективе и плоско покрыты каждый своим локальным цветом. Затем форма и цвет с помощью светлых и тёмных тонов могут получить пластическую проработку. При этом пластическая интерпретация может быть превращена в плоскостную, если цвет предметов по своему тону и светлоте будет связан с цветом и светлотой фона.

    Именно таким образом достигается тональная связь изображённых предметов с плоскостью картины. Если каждый предмет и каждую плоскость изобразить в соответствии с их реальным природным цветом, то можно добиться вполне реалистически конкретного изображения. Но такая композиция будет состоять из множества отдельных частей, которые неохотно будут стремиться к объединению.

    Если же цвет предметов выступает как локальный цвет живописной композиции в целом, и объект обретает здесь свой собственный цвет как красное в общем красном или жёлтое в общем жёлтом, то предметы теряют свою изолированность. Они растворяются в своей собственной атмосфере, которая становится живописной атмосферой картины.

    Пластического впечатления можно добиться благодаря модуляциям холодных и тёплых тонов, которые способствуют растворению локальных цветов. В этом случае места, решённые в светотеневых отношениях, занимаются равными им по тональности холодными или тёплыми вариациями локальных цветов. При этом контраст света и тени в значительной мере смягчается, вызывая ощущение повышенной живописности.

    При изучении локальных цветов следует обратить внимание на изменения, обусловленные и цветом самого освещающего света. Так, при голубоватом освещении зелёная ваза будет выглядеть сине-зелёной, ибо локальные цвета смешиваются с цветовым тоном освещения. Отражённые цвета растворяют локальные тона, освобождают форму и цвет предметов от жёсткой определённости, превращая всё в полифонию цветовых пятен.

    Делакруа говорил в связи с этим, что "вся природа есть отражение".

    К области изучения импрессионистических проявлений цвета относится также и проблема цветных теней. Если в летний вечер в оранжевом свете заходящего солнца и при голубом небе на востоке наблюдать за тенями деревьев, то очень отчётливо виден их голубой цвет. Ещё заметнее цветные тени зимой, когда все улицы покрыты белым снегом. Под тёмно-синим ночным небом в оранжевом свете уличных фонарей тени на снегу приобретают глубокий, светящийся синий цвет. Проходя зимним вечером после снегопада по улице, освещённой пестрой цветной рекламой, легко заметить красные, зеленые, синие и жёлтые тени, лежащие на белой земле.

    В живописи эти природные явления были освоены импрессионистами. Синие тени деревьев, появившиеся в их картинах, вызвали большое волнение среди посетителей выставок. Поскольку до этого царило всеобщее мнение, что тени должны иметь серо-чёрный цвет. Хотя импрессионисты пришли к изображению цветных теней, опираясь только на тщательные наблюдения за природой.

    Однако понятие "импрессионизм", в том значении, в каком оно употребляется в настоящее время, не ограничивается собственно принадлежностью лишь импрессионистической школе живописи. Я причисляю к числу импрессионистически мыслящих художников и братьев Ван Эйк, Гольбейна, Веласкеса и Сурбарана, и братьев Ленен, Шардена и Энгра, поскольку их произведения во многом обязаны точным наблюдениям природы.

    Китайская живопись тушью тоже в значительной мере импрессионистична. Мировоззрение древнего Китая требовало уважения к природе и её силам. Поэтому нельзя удивляться тому, что художники уделяли серьёзное внимание изучению природных форм. Горы, вода, деревья и цветы были для чих духовными символами. Китайские художники изучали природные формы настолько долго, пока не овладевали ими, как овладевали своими буквенными знаками. Для изображения природных форм они, в большинстве случаев, пользовались одной только краской, своей чёрной тушью, которую заставляли звучать во всех возможных опенках. Абстрактный характер самой туши усиливал символический смысл их живописи.

    В современном искусстве можно встретить картины, на которых человеческие лица изображены зелёными, синими или фиолетовыми. Непосвящённый зритель часто не знает, что ему и думать. У художников подобное использование цвета может иметь самые различные причины. Синий и фиолетовый цвет для изображения человеческого лица может иметь экспрессивное значение, выражая некое психологическое состояние. Зелёный или синий цвет лица может иметь и символический смысл. В этих изображениях нет ничего нового. Подобное символическое отношение к цвету можно встретить уже в искусстве древней Индии и Мексики. Зелёный или синий цвет лица может объясняться и собственно тенью, которую даёт цвет освещения. Проблемы цветных теней могли бы прояснить следующие эксперименты.

    В 1944 году в Цюрихе по случаю выставки в Музее декоративного искусства, посвящённой феномену цвета, мною был прочтён доклад о цветных тенях. Я продемонстрировал, что белый предмет, освещённый при дневном свете красным светом, даёт зелёную тень. Зелёный - отбросил тень красную, жёлтый - фиолетовую, а фиолетовый - жёлтую. Каждый цветной свет при дневном свете отбрасывает тень дополнительного к нему цвета. Я попросил руководителя класса фотографии Ганса Финслера сфотографировать это явление. Цветные фотографии показали, что цветные тени были действительно реальными, а не являлись результатом симультанного контраста.

    В этой связи следует подчеркнуть, что при этих опытах все цветовые смеси были результатом сложного цветового синтеза, потому что дело касалось собственно цветного света, а не пигментных красок.

    Исследования цветных теней, предпринятые в последующих опытах, дали поразительные результаты.
    При красно-оранжевом цвете освещения при отсутствии дневного света получается чёрная тень. При синем или зелёном цвете освещения тени также оказываются чёрными.
    Освещение предмета при отсутствии дневного света двумя цветными лучами дало такие результаты:
    при красном и зелёном свете, красные лучи отбрасывали зелёные тени, а зелёные лучи отбрасывали красные. Перекрещивающиеся тени давали чёрный цвет, а смесь зелёного и красного света была жёлтой;
    при опыте красно-оранжевым и зелено-синим светом, красно-оранжевый отбрасывал синюю тень, а зелено-синий - красно-оранжевую. Два луча пересекающихся теней давали чёрный цвет, а смешанный цвет двух освещающих лучей - пурпурно-розовый;
    когда для освещения использовался зелёный и синий цвет, то зелёный отбрасывал синюю тень, а синий - зелёную. Пересечение теней отбрасывало чёрную тень, а тень от смеси двух освещающих лучей была сине-зелёной.
    Если для опыта взять три разных освещения, а именно - красно-оранжевое, зелёное и сине-зелёное, то при красно-оранжевом цвете освещения отбрасывается тень сине-зелёного цвета, зелёный луч даёт тень пурпурно-розового цвета, а сине-зелёный - жёлтую. При пересечении всех трёх цветных теней получался чёрный цвет, а совмещение самих цветовых лучей давало просто белый фон.

    Изучение цветовых впечатлений даёт художнику ещё много возможностей для постижения цветовых тайн природы и их использования в искусстве.

     
    burgunovДата: Вторник, 16.02.2010, 22:32 | Сообщение # 26
    Просветитель
    Группа: Проверенные
    Сообщений: 285
    Статус: Убежал
    Основы цвета. Теория цветовой выразительности

    Оптическим, электромагнитным и химическим процессам, происходящим в наших глазах и в сознании при наблюдении за цветом, соответствуют нередко параллельные процессы в психологической сфере человека. Переживания, обусловленные восприятием цвета, могут проникать глубоко в мозговые центры и определять эмоциональное и духовное восприятие. Гёте неслучайно говорил о чувственно-нравственном воздействии цвета.

    Мне как-то была рассказана следующая история. Один деловой человек пригласил на ужин целую компанию дам и мужчин. Входящих в дом гостей встречали доносившиеся из кухни изумительные запахи, и все приглашённые предвкушали ожидавшее их пиршество. Когда весёлая компания разместилась вокруг стола, покрытого великолепно приготовленными яствами, хозяин осветил столовую красным светом. Мясо на тарелках окрасилось нежным розовым цветом и казалось аппетитным и свежим, но шпинат стал совершенно чёрным, а картофель ярко-красным.

    Не успели гости опомниться от удивления, как красный цвет перешёл в синий, жаркое приняло гнилостный оттенок, а картофель словно заплесневел. Все приглашённые сразу потеряли всякий аппетит. Но когда в дополнение ко всему этому хозяин включил жёлтый свет. превратив красное вино в постное масло, а гостей в живые трупы, несколько чувствительных дам встали и быстро покинули столовую. Никому не приходило и в голову думать о еде, хотя все присутствующие прекрасно знали, что все эти странные ощущения были вызваны только изменением цвета освещения. Хозяин, смеясь, вновь включил белый свет и вскоре ко всем собравшимся вернулось весёлое настроение.

    Нет никакого сомнения в том, что цвет оказывает на нас громадное влияние, независимо оттого, отдаём ли мы себе в этом отчёт или нет.

    Глубокая синева моря и далёких гор очаровывает нас. тот же самый цвет во внутренних помещениях кажется нам жутким и безжизненным, он вселяет в нас ужас, и мы едва решаемся дышать. Синие отражения на коже делают её бледной, почти мертвенной. Во тьме ночи синий неоновый свет кажется нам привлекательным, подобно синему цвету на чёрном фоне, а вместе с красным и жёлтым светом создаёт весёлую живую тональность. Синее, залитое солнечным светом небо, оказывает на нас оживляющее, как бы активизирующее действие, в то время как синий тон освещённого луной неба вызывает пассивность, пробуждая в нашем сердце непостижимую тоску.

    Краснота лица выдает ярость или лихорадку, синеватый, зеленоватый или желтоватый его цвет говорят о болезненном состоянии человека, хотя в каждом из этих чистых цветов нет ничего болезненного. Красный цвет неба угрожает плохой погодой, а синее, зелёное или жёлтое небо обещает хорошую погоду. На основе подобных житейских наблюдений казалось бы невозможно перейти к простым и точным умозаключениям о выразительности цвета. Жёлтые тени, фиолетовый свет, сине-зелёный огонь, красно-оранжевый лёд - всё это казалось бы стоит в явном противоречии с нашим опытом и создаёт впечатление какой-то потусторонности. И только люди, умеющие глубоко и восхищённо реагировать, способны воспринимать цвет и его сочетания, не соотнося их собственно с предметами.

    На примере четырёх времён года можно показать, что восприятие и переживание цвета может быть предопределено объективно, хотя каждый человек видит, чувствует и оценивает цвет по-своему.

    Суждение "приятный - неприятный" не может быть основой правильного и правдивого колористического решения. Более приемлемыми будут критерии, которые возникают в том случае, когда наши суждения относительно каждого отдельного цвета исходят их оценки общей цветовой тональности. С позиции четырёх времён года это означает, что для каждого из них нам следует находить те цвета в цветовом шаре, которые в целом ясно выражают его характер.

    Весна, сияющее юностью и радостью пробуждение природы, обычно выражается красками, пронизанными светом. Это, конечно, жёлтый цвет как самый близкий к белому, и жёлто-зелёный как высшая степень проявления жёлтого. Светло-розовые и светло-голубые тона усиливают и обогащают это звучание. А жёлтый, розовый и лиловый воспринимаются цветом распускающихся почек.

    Цвета осени резко контрастируют с весенними. Осенью зелень растений отмирает и приобретает коричневые и фиолетовые оттенки, Обещания весны реализуются в зрелости лета. Летом природа словно находит своё выражение в изобилии и пышности форм и силе цвета, достигает пластической полноты своей созидающей мощи. Тёплые, насыщенные, активные цвета, которые находятся только в определённой части цветового круга, обладая особой силой и энергией, становятся главными для выражения цветовой интенсивности лета. При этом различные зелёные тона усиливают здесь лишь оттенки красного, а синие тона - звучание дополнительного к ним оранжевого цвета.

    Для изображения зимы, которая в своём магнитическом притяжении сил земли погружает природу в пассивное состояние, требуются цвета холодные, сияющие внутренней глубиной, прозрачные и одухотворённые. Величественный цикл дыхания природы, совершающийся в смене времён года, находит таким образом себе чёткое объективное цветовое выражение. Если при выборе цветовых сочетаний отказаться от наших познаний и не иметь постоянно перед глазами всего мира красок, то наш удел - это только безвкусные, ограниченные решения и потеря истинных и правдивых.

    По-видимому, нет иного пути для появления правильного суждения о выразительных качествах цвета, чем исследование его отношений с каким-либо другим цветом или их совокупностью.

    Для понимания психологически духовной выразительности каждого цвета, свойственной только ему, необходимы сравнения. Чтобы избежать возможных ошибок, необходимо самым точным образом дать название цвета, определить его характер, тон, который мы имеем в виду, а также цвет, с которым мы будем его сравнивать. Когда мы говорим - "красный цвет", необходимо иметь в виду, какой это красный, и по отношению к какому цвету возникла та или иная его характеристика. Желтовато-красный цвет, оранжево-красный - нечто совершенно иное, чем синевато-красный, а оранжево-красный на лимонно-жёлтом фоне опять-таки весьма сильно отличается от оранжево-красного на чёрном фоне или на лиловом фоне одинаковой с ним светлоты.

    В дальнейшем мы рассмотрим жёлтый, красно-оранжевый, синий, оранжевый, фиолетовый и зелёный цвета в том порядке, в каком они расположены на двенадцатичастном цветовом круге, и опишем их взаимоотношения, чтобы точно определить их психологическую и духовную выразительность.

    Жёлтый.

    Жёлтый цвет - самый светлый изо всех цветов. Он теряет это качество, как только его затемняют серым, чёрным или фиолетовым цветом. Жёлтый представляет собой как бы уплотнённый и более материальный белый цвет. Чем глубже этот ставший жёлтым свет проникает в толщу непрозрачных материалов, тем в большей степени он уподобляется жёлто-оранжевому, оранжевому и красно-оранжевому. Красный цвет является его границей, которую жёлтый перейти не может. В середине пути от жёлтого к красному стоит оранжевый, самая сильная и наиболее концентрированная степень проникновения света в материю. Золотой цвет представляет собой максимальную сублимацию материи силой света, неуловимо излучающегося, непрозрачного и лёгкого как чистая вибрация.

    В прежние времена золото часто использовалось в живописи. Оно означало светящуюся, излучающую свет материю. Золотые мозаичные своды византийских соборов, как и задние планы картин старых мастеров выступали в роли символического пространства нездешнего мира, чудесного царства солнца и света. Золотой нимб святых являлся признаком их особого озарения. Состояние святости постигалось как озарение светом, погружаясь в который, они почти лишались дыхания. Символом небесного света могло быть только золото.

    Сказать в просторечии "увидеть свет", означало понять скрытую прежде правду. Говоря о каком-нибудь человеке, что у него "светлая голова", мы косвенно называем его умным. Жёлтый как самый светлый из цветов символизирует разум, познание. По представлению Грюневальда возносящийся на небо Христос, окутанный жёлтым сиянием, является выражением универсальной мудрости. Конрад Витц написал "Синагогу" в жёлтом деянии, чтобы придать ей выражение разумности и склонности к размышлениям. Как только возникает понятие правды, так сразу же возникает и жёлтый цвет.

    Затуманенная правда - это больная правда, неправда вообще. Поэтому тусклый жёлтый цвет будет выражать зависть, предательство, двуличие, сомнение, недоверие и безумие. В картине Джотто "Поцелуй Иуды" и в "Тайной вечере" Гольбейна Иуда изображен в тусклом жёлтом одеянии. Серо-жёлтый цвет покрывала, перекинутого через плечо женской фигуры на картине Эль Греко "Срывание одежд с Христа", вызывает странное впечатление. Но тот же жёлтый цвет в контрасте с тёмными тонами несет в себе нечто лучезарно радостное.

    На рисунках показано, как один и тот же жёлтый, в зависимости от помещённых рядом с ним цветов меняет свою выразительность. Жёлтый на розовом фоне приобретает зеленоватый оттенок и его лучезарность пропадает. Там, где правит чистая любовь (розовый цвет), там рассудку и познанию (жёлтый цвет) приходится туговато.

    Когда жёлтый цвет наложен на оранжевый, то он производит впечатление очищенного светло-оранжевого тона. Оба цвета рядом напоминают о сиянии яркого утреннего солнца над полем зреющей пшеницы. Если жёлтый цвет дан на зелёном фоне, то он сияет, затмевая зелёный. Так как зелёный цвет представляет собой смесь жёлтого и синего, то жёлтый выглядит здесь, словно в гостях у родных.

    Жёлтый цвет на фиолетовом фоне приобретает чрезвычайно большую силу, суровую и безжалостную. Но когда жёлтый смешивают с фиолетовым, он немедленно теряет свой характер и становится болезненным, коричневатым и безразличным.

    Жёлтый на средне-осветлённом синем сияет, но как чужой и потерянный. Нежно чувственный светло-синий с трудом переносит рядом с собой светлое познающее начало жёлтого. Жёлтый на красном создаёт мощный, громкий аккорд, вызывающий в памяти звуки органа в пасхальное утро. Его великолепие излучает богатство познания и бытия. Жёлтый цвет на белом фоне (рис. 58) производит впечатление тёмного цвета, потерявшего свою лучистость. Белый цвет оттесняет его и ставит в положение подчинённого цвета. Если мы заменим белый цвет фона жёлтым, а жёлтый цвет белым, то оба цвета изменят своё выражение.

    Жёлтый цвет на чёрном фоне проявляет себя в самом ярком и агрессивном блеске. Он резок и остр, бескомпромиссен (рис. 58).

    Различное поведение жёлтого отчётливо демонстрирует трудности, которые появляются при попытке в общих словах дать определение выразительного своеобразия того или иного цвета без учета непосредственного наблюдения за его конкретными проявлениями в различных ситуациях.

    Красный.

    Красный цвет на цветовом круге не имеет ни желтоватого, ни синеватого оттенка. Его мощную, неотразимую яркость нелегко затмить, но он чрезвычайно изменчив и легко принимает самые различные характеры. Он становится весьма восприимчивым, когда принимает желтоватый или синеватый тон. Как желтоватый, так и синевато-красный тон отличается большими возможностями своих модуляций.

    Красно-оранжевый цвет плотен и непрозрачен, но так ярок, словно наполнен внутренним жаром. Теплота красного цвета повышается в красно-оранжевом до силы пламени.

    Красно-оранжевый свет благотворно влияет на рост растений и усиливает деятельность органических функций. При правильном подборе контрастных цветов красно-оранжевый цвет становится выражением лихорадочной, воинственной страсти. Ассоциируясь с планетой Марс, красный цвет связан с представлениями о войнах и демонических мирах. И неслучайно одежда воинов была красно-оранжевой в знак их кровавого ремесла.

    Знамена революций были также окрашены в красно-оранжевый цвет. В этом цвете пылает жар страстной

    физической любви. Чистый красный цвет означает любовь духовную. Так, Шаронтон в своей картине "Коронация Марии" написал Бога-Отца и Сына в красных мантиях. Мадонна Изенхеймского алтаря и "Штуппах-ская мадонна" Грюневальда изображены в красных одеждах.

    В пурпурно-красном - цвете кардиналов - объединена светская и духовная власть.

    Меняя контрастирующие цвета, я постараюсь показать, как может в связи с этими изменениями меняться выразительность красно-оранжевого цвета. На оранжевом фоне красно-оранжевый кажется тлеющим, тёмным и безжизненным, словно засохшим. Если мы углубим оранжевый цвет до тёмно-коричневого, то красный огонь вспыхнет в нём сухим жаром; но только в контрасте с чёрным цветом красно-оранжевый развернёт свою высшую, непобедимую, демоническую страстность. На зелёном он будет действовать как дерзкий, раздражённый агрессор, банальный и шумный. На сине-зелёном фоне покажется разгоревшиеся огнём, а на холодном красном - угасающим жаром, принуждающим холодный красный к сильному, активному сопротивлению. Различные проявления красно-оранжевого цвета в наших опытах дают лишь слабое представление о его выразительных возможностях. В противоположность жёлтому цвету красный имеет очень много модуляций, поскольку его можно варьировать в контрастах тёплого и холодного, притупления и яркости, света и темноты, не разрушая его красной цветовой основы. Красный цвет, от демонически мрачного оранжево-красного на чёрном фоне, до ангельски-нежного розового, может выражать все промежуточные градации ощущений царства подземного и небесного. Для него закрыт только путь к эстетически-духовному миру, прозрачному и воздушному, ибо там господствует синий цвет.

    Синий.

    Чистым синим цветом называют цвет, в котором нет ни желтоватых, ни красноватых оттенков. Если красный всегда активен, то синий всегда пассивен, если относиться к нему сточки зрения материального пространства. Сточки зрения духовной нематериальности синий, наоборот, производит активное впечатление, а красный цвет - пассивное. Всё дело здесь заключается в "направлении взгляда".

    Синий цвет всегда холодный, красный всегда тёплый. Синий цвет словно сжат и сосредоточен в себе, он интровертен. И если красный подчинён крови, то синий подчинён нервам. Люди, которые в своих субъективных цветовых предпочтениях тяготеют к синим тонам, в большинстве отличаются бледным цветом лица и слабым кровообращением. Зато их нервная система выносливее. Синий цвет обладает мощью, подобной силам природы зимой, когда всё, скрытое в темноте и тишине, копит энергию для зарождения и роста. Синий всегда производит впечатление тени, а в зените своего великолепия стремится к темноте. Синий - это неуловимое ничто, которое всё же постоянно присутствует как прозрачная атмосфера. В земной атмосфере синий цвет разлит, начиная от светлейшей небесной лазури до глубочайшей синей черноты ночного неба. Синий привлекает нас трепетностью веры в бесконечную духовность. Для нас синий цвет - символ веры, как для китайцев он - символ бессмертия.

    Когда синий затенён, то его тусклый цвет вызывает в нас чувство суеверия, боязни, ощущение потерянности и печали, но вместе с тем этот цвет всегда указывает путь к сверхчувственно-духовному, трансцендентному.

    На рисунках показаны изменения впечатлений, которые производит синий цвет в зависимости от цветового окружения.

    Если синий цвет дан на жёлтом, то он кажется очень тёмным и потерявшим свою яркость. Там, где господствует ясный интеллект, там вера кажется тупой и тёмной. Когда синий цвет осветлён до светлоты жёлтого цвета, он излучает холодный свет. Его прозрачность превращает жёлтый в плотный материальный тон. Синий на чёрном фоне светится в полной своей чистоте и силе. Там, где господствует чёрное невежество, синий цвет чистой веры сияет подобно далёкому свету. Если мы поместим синий на лиловом фоне, то он покажется отчуждённым, пустым и бессильным. Лиловый отнимает у него значимость большой материальной силы, "осуществляющей веру". Когда лиловый становится более тёмным, к синему возвращается его блеск. На тёмно-коричневом (тускло-оранжевом) синий возбуждается до сильной вибрации, а рядом с коричневым цветом, как симультанном к нему, он обретает живую силу, а считавшийся "мёртвым" коричневый начинает праздновать своё воскрешение. На красно-оранжевом фоне синий сохраняет свою тёмную силу, которая находит себе выход в ярком излучении. Здесь синий цвет утверждает и оправдывает себя в своей странной нереальности. Синий на фоне спокойного зелёного цвета приобретает сильный красноватый оттенок. И только благодаря подобной склонности спасается от парализующей насыщенности зелёного цвета, сохраняя при этом своё живое воздействие.

    Синий, склонный по своей природе к выражению уединения, тихого смирения и глубокой веры, часто используется в картинах, изображающих Благовещение.

    Зелёный.

    Зелёный представляет собой промежуточный цвет между жёлтым и синим. В зависимости от того содержит ли он больше жёлтого или синего, меняется и характер его выразительности. Зелёный является одним из дополнительных цветов, который получается при смешении двух основных - жёлтого и синего цвета, но эту операцию трудно осуществить с той точностью, при которой ни один бы из них не преобладал. Зелёный - это цвет растительного мира, образующийся благодаря фотосинтезу таинственного хлорофилла. Когда свет попадает на землю, а вода и воздух высвобождают свои элементы, тогда силы, сосредоточенные в зелёном стремятся выйти наружу. Плодородие и удовлетворённость, покой и надежда определяют выразительные достоинства зелёного цвета, в котором соединяются познание и вера. Если сияющий зелёный затемняется серым цветом, то у зрителя легко возникает чувство ленивой вялости. Если зелёный принимает жёлтые оттенки, приближаясь к жёлто-зелёному цвету, то это создаёт впечатление юных весенних сил природы. Весеннее утро или утро раннего лета без жёлто-зелёного цвета, без надежды и радостного ожидания летних плодов немыслимо. Жёлто-зелёный может быть активизирован до своего предела путём добавления оранжевого цвета, хотя в этом случае он легко приобретает грубый, вульгарный характер. Если зелёный принимает синий оттенок, то это приводит к увеличению его духовной значимости. Марганцевый синий обладает наиболее богатым сине-зелёным тоном. Этот ледяной тон представляет собой полюс холода, подобно тому, как красно-оранжевый является в мире цвета полюсом тепла. Сине-зелёный цвет в противоположность к зелёному и синему производит впечатление сильной холодной агрессивности. Амплитуда модуляций зелёного цвета весьма велика и с помощью контрастных сопоставлений можно добиться его самых различных выразительных проявлений.

    Оранжевый.

    Оранжевый цвет - смесь жёлтого с красным - расположен в фокусе максимальной активной яркости. В материальной сфере он обладает яркостью солнечного света, достигая в красно-оранжевом тоне максимума активной, тёплой энергии. Праздничный оранжевый цвет легко принимает опенок гордой, внешней пышности. В разбелённом виде он быстро теряет свой характер, а затемнённый чёрным цветом тускнеет и переходит в тупой, ничего не говорящий и сухой коричневый. Если этот коричневый осветлить, то мы получим бежевые тона, создающие своим дружелюбием тёплую, благотворную атмосферу.

    Фиолетовый.

    Крайне трудно установить точный фиолетовый цвет, который не имел бы ни красноватого, ни синеватого оттенка. Многие люди не обладают способностью разбираться в оттенках фиолетового. В качестве антипода жёлтого цвета - цвета познания - фиолетовый является цветом бессознательного и таинственного, то угрожающего, то ободряющего, но всегда впечатляющего. В зависимости от соседних контрастирующих тонов он нередко может вызвать у зрителя даже гнетущее настроение. Когда фиолетовый цвет покрывает большие площади, он может стать определённо угрожающим, особенно рядом с пурпурным цветом. "Свет этого рода, падающий на ландшафт", - говорил Гёте, "наводит на мысль о всех ужасах гибели мира". Фиолетовый - это цвет бессознательного благочестия, который в затемнённом или более тусклом виде становится цветом тёмного суеверия. Из тёмно-фиолетового как бы прорываются таящиеся в нём катастрофы. Но как только он осветлён, когда свет и познание озаряют его суровое благочестие, то мы начинаем восхищаться его прекрасными нежными тонами. В самом общем виде диапазон выразительных возможностей мира фиолетовых тонов можно представить так:

    строго фиолетовый цвет несёт в себе мрак, смерть и одновременно благочестие, сине-фиолетовый вызывает чувство одиночества и самоотрешённости, красно-фиолетовый ассоциируется с небесной любовью и духовным величием- И в тоже время зародыши многих растений имеют светло-фиолетовые побеги и жёлтые зёрнышки.

    Принято считать, что все осветлённые цвета представляют собой более светлые стороны жизни, в то время как затемнённые символизируют тёмные и негативные её силы. Проверить точность этих высказываний о выразительных проявлениях цвета можно с помощью двух опытов. Если два цвета являются дополнительными по отношению один к другому, то и их истолкования должны быть дополнительными между собой.

    Жёлтый : фиолетовый -- ясное познание : тёмное, эмоциональное благочестие.
    Синий : оранжевый = смиренная вера : гордое самосознание.
    Красный : зелёный = материальная сила : сочувствие. Когда два цвета смешаны, то истолкование вновь возникшей смеси также должно соответствовать истолкованиям каждого из её компонентов.
    Красный + жёлтый = оранжевый = сила и познание порождает гордое самосознание.
    Красный + синий - фиолетовый = любовь и вера порождают эмоциональное благочестие.
    Жёлтый + сине - зелёный = познание и вера порождают сочувствие (сострадание).

    Чем больше мы будем размышлять о психологической и эмоциональной выразительности цвета, тем более таинственным он будет нам казаться. Изменчивыми, с одной стороны, являются проявления самого цвета, а с другой, и наши субъективные способности переживать цвет. Каждый цвет может изменяться в пяти аспектах:

    в характере цвета, когда зелёный может стать более желтоватым или синеватым, а оранжевый может принять более красный или более жёлтый опенок;
    в яркости, когда красный цвет может быть розовым, красным, тёмно-красным, а синий - голубым, синим и тёмно-синим;
    в насыщенности, когда синий цвет может быть более или менее осветлен белым или затемнён чёрным, серым или его дополнительным - оранжевым цветом;
    в количественном отношении или в распространении цвета, когда, к примеру, большое пространство зелёного цвета располагается рядом с маленьким пространством жёлтого цвета, или на полотне много жёлтого цвета по сравнению с зелёным, или же на полотне столько же жёлтого, сколько и зелёного;
    в результате возникновения симультанных контрастных воздействий.

    Изложенное в этом разделе позволяет сделать одно критическое замечание по отношению к творческому процессу художника. Его впечатления и душевные переживания могут быть очень интенсивны и велики, но если с самого начала работы над произведением он не выберет из всей цветовой совокупности мира цвета основной, нужной для него группы, то конечный результат может оказаться сомнительным. Поэтому подсознательное восприятие, интуитивное мышление и позитивные знания должны составлять одно целое, чтобы из многообразия доступных нам возможностей выбрать истинные и правильные.

    Матисс писал: "При правильной постановке дела выясняется, что процесс написания картины не менее логичен, чем процесс постройки здания. Вопросы таланта не должны играть здесь роли. Человек имеет его или нет. И если талант есть, то это так или иначе в произведении проявится".

    Использование выразительных возможностей цвета особенно характерно для произведений Конрада Витца (1410-1445) и прежде всего для следующих его картин: "Цезарь и Антипатр", "Давид и Абишай", "Синагога", Публичное художественное собрание в Базеле. К этому ряду можно причислить картины Питера Брейгеля Старшего (1 525-1 569) "Притча о слепых", Неаполь, Национальный музей, и Маттиаса Грюневальда (1475-1528) "Воскресение Христа" из Изенхеймского алтаря, Кольмар, Музей Унтерлинден.

     
    МакошьДата: Воскресенье, 25.04.2010, 16:34 | Сообщение # 27
    Мыслитель
    Группа: Админы
    Сообщений: 20461
    Статус: Убежал

    Тайна влияния цвета

    Эзотерики всех времён и народов, оглашая тайны действительного питания человеческого существа, всегда отмечали тот кардинальный факт, что воздух и вода для человека конечно важны, но всё же дороже, точнее драгоценнее впечатлений нет ничего. Как раз с впечатлениями ЦПС–технология и предоставляет возможность индивидуальному микрокосмосу самоисцеляться – без насилия, но при содействии.

    Согласно современным квантовомеханическими и нейрофизическими представлениям, организм человека представляет собой устойчивую самоорганизующуюся и непрестанно самообучающуюся полнорадужную голограмму – этакий интегрированный в самом себе комплекс разноцветных устойчивых волн. Потому-то вибрационные волновые потоки (музыкальные, разноцветные, вкусовые и прочие) на деле оказываются единственно эффективными для того, чтобы не просто изменить, но и изменить целенаправленно состояние психосоматического микрокосмоса как целого.

    Всякому человеку, знакомому с волновой механикой, памятен эпизод из истории военного искусства. По одному из пролегающих через европейское ущелье мостов рьяные гвардейцы шагали со столь завидной чёткостью, что с каждым ударом ног придавали дополнительную энергию раскачивания инженерному устройству. Войдя с мостом в резонанс и накачав его своими маршами невиданной энергией, они обрушились на дно ущелья вместе с остатками моста. После этого курьёзного случая, закончившегося для многих трагически, во всех армиях мира было установлено правило – мосты переходить в разнобой.

    Вибрационное воздействие на организм в том случае, когда оно входит в резонанс с определенными ритмически изменяющимися психофизиологическими процессами, способно совершить колоссальные перемены, начиная от ценностных и психоэмоциональных и вплоть до самых что ни на есть анатомических! Всем известен физический опыт с камертоном: при возбуждении одной из резонансных систем с нею звуково пренепременно зазвучит «родная» ей по вибрации. В общем-то, как единая звучащее и светящееся волновое целое, организм человека можно рассматривать как взаимосвязанную совокупность волновых контуров восприятия всевозможных упорядоченных колебаний извне. В использовании этого принципа и сокрыт комплекс биотехнологических ноу-хау, реализованных в ЦПС - технологии.

    В лазерной технике известно понятие когерентности – одноволновости, или попросту говоря, созвучия волн. Специфика лазерного излучения заключается в том, что оно всегда монохроматично (в силу действия физических принципов, в основе которых порождается лазерный энергетический луч). До сих пор, вот уже в течение полувека, учёные развитых стран мира полномасштабно исследуют целебное воздействие лазерного монохроматического излучения на живые организмы.

    Но никому и в голову до сих пор не приходило то элементарное осознание, которое заключается в понимании факта мультикогерентности «обычного» цветового потока, льющегося в экрана монитора! Цветовой поток, используемый в качестве драгоценного инструмента ЦПС - воздействия, воистину многохроматичен, а потому по сути своей ничем не отличается от специальным образом организованного пучка огромного числа квазилазеров, каждый из которых оказывает на живой организм своё сугубо специфическое влияние.

    Для организации эффективного ЦПС – влияния необходимо адресно протестировать конкретного клиента, используя при этом внесловесный (интуитивный, явственный) язык его невыразимых предпочтений (нравится – не нравится). Лишь на основании этой информации можно сформировать именно то воздействие, которое действительно окажется максимально эффективным и абсолютно безопасным.

    Микрокосмос человека непрерывно организуется, развивается и управляется психоэнергоцентрами, именующимися чакрами («Звёздами» или «колёсами»). Каждый оттенок и цветовой тон адресован не просто конкретному психоэнергоцентру, но резонирует со вполне определённой функцией, миллионы которых осуществляет каждая из чакр. Интуитивное предпочтение клиентов, рассматриваемое как интегральное целое (в их соподчинении и взаимодействии), предоставляет Центральному Оперативному Гиперпроцессору безгранично богатую информацию о сонастроенности и согласованности различных чакр. На основании анализа этой фантастически богатой диагностической картины и формируется именно тот порядок чередования излучения различных цветов, который в итоге оказывается наиболее благоприятно воздействующим на состояние организма, развивая при этом желаемое, полезное и развивающее настроения.

    Абсолютное большинство участвовавших в ЦПС – исследованиях ясновидящих единодушно утверждали, что сам процесс ЦПС - влияния приводит ауральную структуру человека (многоцветную энергетическую оболочку) в мощный интеграционный резонанс. По многочисленным свидетельствованиям тех, кто обладает даром прямого видения, через нейропути как цветоводы к мозгу и далее по цветопроводам нервных волокон, цвет проникал в организм, распределяемый мозгом к энергоколлекторам чакр, откуда он законно и пропорционально распределялся в качестве питания к органам и тканям, управляемым конкретной чакрой.

    В процессе ЦПС - влияния волновые потоки цвета сливаются в согласии с резонациями чакр, подобно драгоценному зерну, заполняя «мешки» их аккумуляторов. Отныне не только для тех, кто обладает прямым видением естества мироздания, но и для всех желающих благодаря становлению ЦПС - системы открыт подлинный смысл существования: «воплощённая жизнь сама по себе и есть непрекращающаяся радужность!».

    Цветовые потоки ЦПС - воздействия, подобно чутким пальцам вдохновенного органиста, выписывают торжество органных симфоний на струнах микрокосмической арфы. Цвет, по свидетельству как современных, так и древних исследователей микрокосмоса, является глубинным вибрационным праязыком всего и вся. Цвет настолько многослоен, многомерен и многосмысленен, что фактически собственным существованием он свидетельствует о безмерной глубине космических континуальных потоков сознания В.В. налимов, своей метамерией утверждая восхитительную сложность мироздания.

    Загадка цвета до появления ЦПС - технологии разрешалась лишь нащупывательно и частично. Секрет цветовоздействия кроется в том, что настоящим психобиотропным эффектом обладают вовсе не отдельные цвета, но лишь законно составленные колориты. Аналогия из области химии более чем проста: смесь газообразных водорода и кислорода может взорваться, но состоящую из них воду невозможно даже поджечь!

    ЦПС-технология развивается в направлении изучения психобиотропного эффекта воздействия «молекулярных многоцветных колоритов». Разумеется, эффекту влияния цвета созвучны и добавления звучаний и практика самоосознавания. В скором времени в ЦПС – проект запланирован переход от банальных компьютерных мониторов к виртуальным шлемам, благодаря которым будет реализована воистину полноцветная схема воздействия. Человек будет погружаться в цветосреду, которая явится диалоговым компромиссом между его изменяющимися желаниями и помыслами, с одной стороны, и законно реагирующими реакциями центрального оперативного гиперпроцессора на эти изменения, с другой стороны.

    Скептикам представляется, что результаты законно сформированного ритмизированного цветовлияния могут казаться недостаточно устойчивыми. Человеческий микрокосмос в самом себе содержит естественный ответ и на эту претензию умствователей. В ходе исследований было выяснено, что даже малые сдвиги в энергоинформационном обмене организма, производимые каждым из сеансов цветокоррекции, накапливаются и взаимоумножаются подобно тем ударам войсковых ног, которые умудрились в Альпах раскачать злосчастный мост. Положительный результат, как оказалось, накапливается подобно тому, как повинуясь магнитному притяжению, даже самые маленькие железные опилки послушно собираются вкруг притягивателя.

    Мы все погружены в океан животворных вибраций подобно маленьким клеточкам, окружённым океаном заботы бережности и ухода со стороны Великого Организма. Сегодня не то, что психофизика, но даже физика цвета пока не представляет собой законченной идеодинамической конструкции. Для тех, кто знаком с эфиродинамикой Николы Теслы, такая фраза не кажется отвлечённостью. Предстоит ещё очень многое исследовать и очень многое изменить. Однако наконец-то благодаря бурному развитию компьютерных технологий получена возможность применить к оздоровлению человеческого организма могущество той самой биоматематики, которая сама лежит в основе каждого из нас.

    источник
    Прикрепления: 4926949.jpg(20Kb)
     
    МакошьДата: Четверг, 27.05.2010, 14:41 | Сообщение # 28
    Мыслитель
    Группа: Админы
    Сообщений: 20461
    Статус: Убежал
    Соответствие между цветом и звуком

    В порядке самовыражения Жизненной силы, звук предшествует свету. Весьма древняя санскритская книга говорит о Шабда-Брахмане, звучащей Божественности, которая является корнем и потенцией всех проявлений. Она говорит: «Через звук установлены миры». Пифагор учит тому же самому. Это же делает и Платон. Оба были наставляемы Египетскими иерофантами. От них они научились тому, что физическая вселенная была вызвана из хаоса упорядоченными, ритмическими звуками. Моисей, посвященный в тех же самых Египетских Школах, начал книгу Бытия описанием серии творческих актов, вводимых словами «И сказал Бог». Евреи и Греки были наставлены в тайной мудрости, центральным тезисом которой была идея о том, что законы музыкальной пропорции выражены во всех вещах. Когда евангелист Иоанн написал о Логосе, или Творящем Слове «через Него все вещи были сотворены, и сотворенное имело жизнь в Нем» - он просто открыто обнародовал то, что было передаваемо из ус в уста в эзотерических школах.

    «То, что было сотворено, было жизнью в Нем: и жизнь была светом людей», - это правильный перевод фрагмента из евангелия от Иоанна, который обычно переводят – «в Нем была жизнь». Прочитайте это высказывание так, как будто вы никогда не читали его раньше. Тогда вы поймете, что первая часть говорит явно о том, что Жизнь в творящем Слове была первоначальным состоянием всего. Это значит, что планеты и люди, дома и холмы, столы и деревья – это выражения жизни. Физики сегодня утверждают тоже са-мое – только они называеют жизнь другим словом – «электро-магнитная энергия».

    «Жизнь была светом людей». Жизненный принцип Творящего Слова был и есть светом, который мы знаем, даже физический свет, который падает на Землю от Солнца, Луны и Звезд. Это не только физический свет. Несомненно, это лучистая вибрация, которая включает среди других проявлений и этот физический свет.

    Западные оккультные школы всегда называли ее L.V.X., латинским словом означающим «Свет». Это слово пишется с точками между его буквами, чтобы показать скрытый смысл, связанный с числами, представленными его тремя буквами. В римской нумерации L - это 50, V – это 5, и X - это 10. Это число имеет много важных оккультных значений, которые невозможно обсуждать на этих страницах, иначе как самым кратким образом. Достаточно сказать, что число 6 является эквивалентом шестиконечной звезды, символа Вселенной и ее сил, а 5 является эквивалентом пентаграммы, или пятиконечной звезды, которая символизирует Человека и его власть над природными силами.

    Следовательно число 65, прочитанное от единиц к десяткам, означает «Власть человека, выраженная через силы Вселенной». Человек, говорит оккультная наука, это храм, или вместилище управляющей силы Вселенной, и в еврейском языке, слово «Хэкаль» - «Храм», также имеет числовое значение 65. Далее, слово «Господь» на этом же языке – «Адонай», и его числовое значение также 65. L.V.X, следовательно, намекает, что жизненная лучистая энергия Творящего Слова воплощена в человеке («Слово стало плотью»), и внушает идею о том, что человеческая личность – это храм управляющей силы Вселенной. Творящая и управляющая сила центрирована в ВАС, говорит это оккультное учение. Ваше призвание - использовать эту силу, быть ее каналом, инструментом и носителем.

    Имея это ввиду, для вас будет полезно постараться как можно лучше осознать то, что эта часть тайной мудрости, которая сейчас попала в ваши руки посредством данного текста, пришла к вам не случайно. Вы получили ее для того, чтобы лучше подготовиться к тому, чтобы стать более совершенным носителем для творящей и трансформирующей энергии Единой Жизни. Это знание - это ответственность. Используйте его осторожно и мудро.

    Будучи проявленными во многих местах, в бесконечном разнообразии феноменов, жизнь и свет едины. Корень этого Живого Света – это тип вибрации, именуемый звуком. Даже скептичные физики были вынуждены на основании свидетельств полученных в их лабораториях подойти очень близко к полному принятию этой доктрины. Их эксперименты показали им, что все физические явления – это проявления одной энергии. Они знают, что каждое проявление энергии – это тип вибрации, и они обнаружили, что звук находится в начале шкалы вибраций.

    Год назад, в речи перед Британской Ассоциацией Развития Науки, Сэр Уильям Крукс описал шкалу вибраций, начиная с двух в секунду. Посредством повторяющегося удвоения числа пульсаций в секунду, эта таблица дает серию октав. На 15-й октаве, вибрация прекращает быть слышимой человеческим ухом. Далее следуют несколько октав, активность которых не была обнаружена еще экзотерической наукой, хотя оккультная наука знает кое-что о них. С 20-й по 35-ю следуют октавы электричества. Доктор Ф.Ф. Стронг идентифицирует октавы с 35-й по 45, как октавы нервных токов в человеческом теле. 46-я, 47-я и 48-я октавы – это тепловые вибрации. Далее следуют несколько октав света. За пределами света есть несколько других неизвестных октав. Далее следуют рентгеновские лучи, за которыми следует некоторое количество еще неклассифицированных октав.

    Из рассмотрения этой шкалы становится очевидным, что когда Жизненная сила пробуждает свою таинственную активность в начале цикла проявления, те вибрации, которые мы распознаем как звук возникают раньше, чем более быстрые пульсации электричества и света. Таким образом, современная наука подтверждает древнее оккультное учение о том, что звук является корнем физического существования. «Из звука произошла каждая форма, в звуке каждая форма живет».

    Звук, каким мы его слышим, это атмосферная вибрация. Цвет, каким мы воспринимаем его в природе, почти целиком заключен в отраженном свете, до некоторой степени модифицированном слоем атмосферы. Цвет воспринимается через активности посредника более тонкого чем воздух, обычно называемого «эфиром».

    То, что известно как стандартная высота звука, именуемая «Среднее До» в музыкальной шкале – это эффект, производимый на ухо и звуковой центр мозга 256 вибрациями атмосферы в секунду. Это немного медленнее или «ниже», чем общеупотребительная сейчас музыкальная высота тона, но небольшие вариации не влияют на практическую работу.

    Теперь, если мы несколько раз удвоим число 256, мы перенесем ноту «До» через музыкальную шкалу до пределов слышимости. После этого, повторив удвоение числа вибраций в секунду, мы получим еще серию «До», октаву за октавой, через неизвестный план вибраций между звуком и электричеством. Продолжая процесс удвоения частоты вибраций, мы получим другую серию вибраций, проходящую через электрические октавы, затем – через октавы, соответствующие нервным токам человека, и затем, через октавы соответствующие теплу и свету.

    Именно в октавах световых волн мы имеем дело с цветом. Здесь посредником, вместо воздуха, является эфир. Форма и направление световых волн, однако, отличны от формы и направления звуковых волн. Соответствие состоит в числе колебаний в секунду. Надо здесь вспомнить , что если мы достаточное число раз удвоим 256, то мы наконец, придем к тому числу вибраций в секунду, которое действуя через световые волны, дает человеческому глазу ощущение «красного».

    Аналогично, каждый полутон музыкальной шкалы, представлен определенным числом вибраций в секунду, которое, будучи неоднократно удвоенным, становится тем числом вибраций в секунду, которое соответствует цветовым ощущениям.

    Таким образом мы можем научно построить хроматическую шкалу цветов, соответствующую хроматической шкале звуков. Когда мы сделаем это, мы обнаружим, что имеются точные цветовые соответствия 12 полутонам музыкальной шкалы.

    Это учение мы получили из эзотерических источников, к которым мы также возводим создание Таро. Даже нами оно длительное время хранилось в резерве. Но независимые исследования Эдварад Мэрьона (Edward Maryon), который, с помощью таких выдающихся ученых как Крукс, Беккерель и другие, разработал соответствия между звуком и цветом, сделали необходимым частичное обнародование этого знания в 1920-х годах. После этого труд Вильяма Ф. Йейтс также сделал его публичным, и оно нашло разнообразные коммерческие применения в «Тэйлоровской Системе Цветовой Гармонии».

    Кратко говоря, основы этого эзотерического учения, так долго хранившегося в тайне в оккультных братствах, стали теперь достоянием общественности. По этой причине Внутренняя Школа сочла возможным в настоящее время дать даже более специфическое учение. Это делается таким образом, чтобы подготовленные умы могли использовать цвет и звук в соответствии с Таро для ментального цветолечения, для развития всестороннего человеческого сознания и для освобождения основополагающих сил подсознания в работах, которые истинная Магия Света с незапамятных времен называла «теургией» или «такими деяниями, которые делает Бог».
    (Из инструкций ордена ВОТА) Пол Фостер Кейс

    источник

     
    МакошьДата: Среда, 08.09.2010, 12:02 | Сообщение # 29
    Мыслитель
    Группа: Админы
    Сообщений: 20461
    Статус: Убежал
    Радуга — древний и многоязычный символ, известный многим народам


    Всем нам с детства известна поговорка «Каждый охотник желает знать, где сидит фазан». По начальным буквам этих поговорок мы запоминаем названия и последовательность цветов такого необычного и красивого явления природы, как радуга.

    О радуге как божественном атрибуте говорит и ее огненная сущность. Огонь — символ Бога. Семиотика самого слова РАДУГА указывает на ее связь с солнцем, огнем, божественной энергией и самими солнечными богами: РА-ДУГА - солнечная дуга. Славяне видели в радуге роскошное одеяние, драгоценный убор божества неба, огненный лук Бога-Перуна, испускающий смертоносные стрелы.

    Сакральный смысл радуги

    1. Лингвистический аспект
    Д.Н. Ушаков даёт такую расшифровку: разноцветная дугообразная лента на небосводе во время дождя, образующаяся вследствие преломления в водяных каплях солнечных лучей. В. Даль подтверждает: радуга, южн., зап. твер. дуга – небесное явленье: семицветная дуга под облаками, от солнца позадь дождя. Таким образом, в данном случае правомерно деление слова – радуга = ра + дуга, – где части слова «-дуга» соответствует геометрическая составляющая, а, очевидно, части слова «ра-» соответствует то смысловое наполнение, которое связано с дождём и/или солнечными лучами (солнечным светом).

    В. Даль приводит и другие интересные русские народные названия радуги – равдуга и райдуга. При делении получим: ра + в + дуга, рай + дуга.

    В английском языке радуга – rainbow = ra + in + bow либо rain + bow; in – внутри, в, на, из, среди; rain – дождь, потоки, ручьи, литься, сыпать, обрушивать; bow – поклон, гнуть(ся), круг, дуга, радуга (в виде bow обычно в поэзии, в обычном языке чаще rainbow), уст. арка, свод, (значение, связанное с предметом в виде дуги, перетянутой чем-л. веревочным), лук, перен. бровь, кольцо (в функции ручки, напр., на ножницах); гарда (меча). Поэтому в английском можем получить такую расшифровку: либо ra + в + дуга, либо потоки + дуга. Очевидно, русск. равдуга и англ. rainbow (raвдуга) полностью совпадают и по написанию и по значению.

    Интересно также проследить англ. bow, дуга (а также и бровь) в слове eyebrow, бровь. Здесь eye – глаз, око, а оставшаяся часть – brow – есть русск. бровь, брова – дуга над глазом. В немецком аналогично: бровь – Augenbraue или Braue, где Augen – глаз, око, а оставшаяся часть – бровь, то есть, и в этом случае мы получаем: радуга – rainbow – в прямом смысле река под дугой, в переносном – око Ра под бровью.

    Другое название радуги – райдуга – В. Даль повторяет в статье «Рай (отдалённый гул)». Рай – костр., яросл., ниж., отдаленный гул, раскаты, отголосок, отдача, отзыв, вторьё, эхо. Раять – вост. звучать, зычать, раз(от)даваться гулом, отголашивая. Райкий (ср. яркий) – звучный, зычный, гулкий, отголосистый. Райкое место – где раздается голос и вторит. В статье «Рай (первобытный сад)» В. Даль даёт те же расшифровки: рай – всякое гранёное стеклышко, показывающее предметы в радужных цветах, стеклянная призма, радужница глазная, радуга; райки – радужные окоёмки предметов, разноцветные лучи или отраженье. То есть райдуга – это отражающая (солнечные лучи) дуга. Отсюда, очевидно, заимствован иудохристианством нимб – признак существ, достойных рая, – сияющая дуга, окаймляющая голову.

    Немецкому Augen, глаз, око соответствуют в исп. agudo, дальнозоркий и итал. acuto, зоркий глаз. В русском зорный и твер. пск. зоркий образованы от глагола зорить и приводят нас к заря (зоря), которое означает видимый свет или освещение от солнца, находящегося под небосклоном (под бровью); отражательный свет до восхода и по закате солнца. Заря арх. слабое северное сияние, ровное зарево; сполохи, сильное, коли играют яркие лучи. То есть мы опять приходим к отражающемуся свету солнца, и немец. Augenbraue, око под бровью соответствует русск. райдуга, отблеск солнца от дуги (дождя, горизонта, брови и т.д.).

    Во франц. arc-en-ciel, радуга – arc, дуга, свод + en, в, на, оттуда, от этого + ciel, небо, свод = дуга в небе. (Это, кстати, подтверждает правильность нашего деления англ. слова rainbow = ra + in + bow, аналогично arc + en + ciel.) Также франц. бровь, sourcil состоит из sour, возможно, sur, над + cil, ресница = то, что над ресницей.

    В итальянском arcobaleno, радуга – arco, дуга + baleno, вспышка, сверкание = сверкающая дуга. В испанском arco iris, радуга – дуга + iris, радужная оболочка глаза и собственно радуга, и так же в англ., немец., франц. В итал. – iride = i + ride [рэид], сиять, блистать, быть ярким, красочным, а также смеяться, радоваться. В русск. рад(ость), стар. брачный пир, свадьба [40, ст. Радость]. Наводит нас на мысль, что райдуга – это свадьба солнца (мужская сущность) и воды (женская сущность) – ср. народное поверье: радуга – это когда солнце пьёт воду из реки.

    Те же значения мы имеем в русском – радуга, арх. небесная дуга (как во франц.), каз. градовинца (как в англ. гарда), кур. весёлка (в итал. iris).

    Но одно значение В. Даля – Божья дуга – заставляет нас предположить, что среди расшифровываемых частей и значений слова радуга должно находиться нечто, связанное с богом, указывающее на бога, имя которого мы пока, предположительно, не знаем.

    Рассматривая немецкое Regenbogen, радуга – Regen, дождь + bogen (от biegen), гнуть, сгибать, нагибать, мы начинаем понимать связь мифологизма названия радуги с вспашкой земли дождём, потому что в исп. regen (от. reja), вспашка, а во франц. ride, борозда, лемех. Это аналогично русскому радость, брачный пир, свадьба, в случае, когда речь идёт о мифологической свадьбе земли и неба и совокупительного акта вспахивания земли.

    Из этого мы можем предположить, что бога обозначает первая часть слова – ра-, рай-, рав-, reg-, rej-, -ri-, arc, ra-, ra(in)-, – и этот бог мужского рода (раз он осуществляет вспашку).

    Из выше сказанного, приходим к следующему предварительному заключению – радуга означает:

    1.отражение света солнца от дуговой поверхности,

    2.бровь над неким (божественным) глазом,

    3.мифологическая вспашка (свадьба и оплодотворение Земли),

    4.божья дуга,

    5.связь солнца и воды (в обожествлённом плане). И, наконец,

    6.первая часть слова «радуга», которая содержит букву «р/r», является именем бога. Древнеславянского бога Ра.

    дальше...

     
    МакошьДата: Среда, 08.09.2010, 12:11 | Сообщение # 30
    Мыслитель
    Группа: Админы
    Сообщений: 20461
    Статус: Убежал

    2. Религиозный, изотерический и мифологический аспекты

    Рассмотрим теперь религиозный, изотерический и мифологический аспекты слова и понятия «радуга» и сравним их с выводами нашего лингвистического анализа.

    «Радуга символизирует связь между небом и землей. Древние индийцы считали ее луком богини Индры, стрелами из которого богиня поражала злых духов, прятавшихся в тучах. Нередко радуга ассоциируется с райской дугой».

    Очевидно, полная тождественность образа изотерическо-мифологического понятия «радуга» лингвистическому образу слова «радуга»: и в части обозначения «райской дуги», и в части связи между небом и землёй. И в части соответствия радуги луку бога Индры мы находим полное соответствие. В гл. 5 Книги Ра, озаглавленной «Священные смыслы Книги Ра», мы находим такую расшифровку букв р и i:

    «Буква «Р» (Ра) – это точка отсчёта, первопричина, центр круга. Имеет цифровое обозначение «0» – это начало. Мужская буква стихии Огня. Солнце, способное испускать/испустить лучи света. Рот (вспомните, например, иероглиф египтян «Рот», обозначающий звук «Р»), способный испустить слово – звуковой луч в уши слушателей. Её измерение – 0-мерное, безразмерная, безмассовая точка.

    Буква «i» (Индра) – это луч, испускаемый богом Ра-солнцем. Это радиус от центра (точка над i) до линии окружности. Это звуковой луч. Это волна. Женская буква природы Воды. Её измерение – 1-мерное (луч, испущенный из точки).

    Как известно, в математике двумя точками (событиями) задаётся прямая линия, которая имеет 1-мерную размерность. Буквами «Р» и «i» задаётся слово Рi (в латинской транскрипции – ri). Это главный корень во всех русских (индоевропейских) языках, обозначающий царя, властителя и т.д.

    Далее, в области Земли, идут результаты взаимодействия Ра и Индры (всё, что получается путём изменения длины вектора и величины градуса угла) – три области Знаков Зодиака и две области, касающиеся человека. Измерение этой области – 2-мерное (плоскость; три точки задают плоскость). Двенадцать знаков Зодиака этой области формируют календарную, астрологическую, астрономическую, материальную плоскости».

    Таким образом, действительно, дуга окружности (радуга), образованная вектором (стрелой Индры) вокруг центра (Ра), вполне соответствует понятию «лук Индры».

    Далее:
    «Радуга символизирует преображение, небесную славу, трон бога Неба, встречу Неба с Землей, мост или границу между мирами».
    Именно это как раз и заключено в расшифровках слов русского (индоевропейского) языка, данных нами выше.

    Далее, «в славянских мифах и легендах радугу считают волшебным небесным мостом, перекинутым с неба на землю, дорогой, по которой боги сходят с небес набирать воду из рек. Эту воду они наливают в облака, и оттуда она падает живительным дождём. В некоторых местностях верят, что радуга – это сверкающее коромысло, которым небесная царица Громовница (древняя богиня весны и плодородия) черпает из моря-океана воду и орошает ею поля. Это коромысло хранится на небе, и ночью его можно видеть в созвездии Большой Медведицы».

    Отметим здесь, что Громовницей называют жену славянского бога грозы и грома Перуна – русалку Рось. От их брака взял своё начало русский народ. И, в общем, семантика слова «радуга», раскрытая нами выше, полностью совпадает с его символическим значением.

    Отметим также, что вот так, заменив имя Рось её прозвищем – Громовница, источник увёл читателя от самого существа рассматриваемого термина – радуга. Поэтому здесь следует подробнее рассмотреть значение слова русалка. Тем более что и этот анализ приводит нас к лучшему пониманию терминов «радуга» и «Русь».


    Далее, продолжая рассмотрение смысла слова «радуга», отмечаем, что «с радугой ассоциируется небесная змея. В традиционной символике радуга представлялась громадным змеем, который выпивает моря, реки, озера; его дугообразный хвост сияет чудесными красками. Полукруглая форма радуги наводила людей на мысль о кольце, которое охватывает землю».
    Это отражено во всех русских (индоевропейских) языках смыслом дугообразности слова радуга.

    «Кроме того, в европейских народных верованиях радуга часто связана с вестью о будущем богатстве или нахождении сокровища там, где радуга касается земли. В Китае радуга – небесный дракон, союз Неба и Земли, знак объединения инь и ян».

    В Книге Ра как раз и повествуют о зарождении буквы «Р» и символизма, с ней связанного, в частности НЕкитайского «китайского» символа «Инь-Ян».

    «В Древней Индии радуга – это лук Индры, бога-громовержца; кроме того, в индуизме и в буддизме «радужное тело» – это высшее йогическое состояние, достижимое в царстве сансары» .

    Высшее состояние в лингвистическом символизме означает начальную букву некоего «алфавита» (в антимировоззренческих толках типа иудохристианства, конечную букву). Вспомните: «я есть альфа и омега». Слово сансара, sancara означает буквально san, солнце, cara, сын солнца-Ра – царь . То есть – солнечный сын солнца.

    Интересно отражение мифологичности радуги и бога Ра в иудохристианстве. В самом иудаизме, прародителе христианства и ислама, с полной силой отражается посыл противостояния иудеев человечеству в целом – израилизм (is, это + ra, бог + el, против, ). Поэтому в иудаизме нет бога Ра и нет никаких его проявлений. Более того, нет перевода на т.н. иврит слова «радуга». «В исламе радуга состоит из четырех цветов – красного, желтого, зеленого и синего, соответствующих четырем стихиям» . Однако это не исламское изобретение. Ислам сам ничего, кроме пророка Мухаммеда, не изобрёл. Так, четыре стихии и им соответствующие цвета известны в славянском (в том числе и «ведическом») символизме за несколько десятков тысячелетий до ислама.

    Например, английский учёный Дж. Мидом и французский математик и астроном П. Лаплас в унисон утверждают о существовании Вед в 25-м тыс. до н.э. В это время, естественно, никакой Индии ещё даже в проекте не было. Её история началась только с 3 – 2-го тыс. до н.э. с приходом проторусичей на просторы долины Инда. В 30 – 20-м тыс. до н.э. вся цивилизация была сосредоточена исключительно на территории Русской равнины.

    В иудохристианстве, также целиком сотканном из славянской мифологии (но в перевёрнутом, вывороченном виде), предназначение радуги и символизма, связанного с ней, тем не менее, полностью соответствуют существу славянского бога Ра. Так, «всемирный судья в конце света часто изображается восседающим на радуге». Это обычный образ славянского Ра, отражённый в виде судьи, в частности, в культе гелиопольского бога Ра (распространённого во 2-м тыс. на Египет).

    Интересно, что и американские индейцы также отождествляют радугу с лестницей, по которой можно подняться в иной мир. У инков радуга также связывалась со священным Солнцем, и правители инков носили её изображение на своих гербах и эмблемах. У индейцев чибча-муисков радуга считалась добрым божеством. Главное святилище, посвященное богине Радуги, чибча воздвигли рядом с горным водопадом Текендама, где ярчайшая дуга высвечивается всегда, как только на водные брызги попадают лучи солнца.

    В скандинавской мифологии Биврёст, радуга – мост, соединяющий небо и землю. Этимологию можно проследить так. Корень biv – в слове бивак, англ. bivouac, франц. bivouac, исп. vivac, vivaque приводит нас к корню viv – восторженное приветствие. Вторая часть слова – rost – означает ржавчина (покрытое красным цветом), решётка колосников (связь с жаром, с печью, с огнём). Соотносится в мифологическом плане с палящими, греющими лучами печи-солнца. Получаем – «привет, Солнце!». В русском языке слово «рост/rost» понятно: рост растений, взращивание, произрастание и т.п.

    В Древней Греции богиней радуги была девственная Ирида, вестница богов; она изображалась с крыльями и кадуцеем. Ее одеяние составляют переливающиеся цветами радуги капли росы (та же параллель русалка Рось – роса = Ирида – роса). Имя Ириды – Iris – греч., англ., немец., франц., исп. радужная оболочка глаз, радуга.

    Скандинавская мифология: "Высоко-высоко над облаками, так высоко, что ни один даже самый зоркий человек не может ее увидеть, лежит прекрасная страна богов Асгард. Тонкий, но прочный мост Бифрест — люди называют его радугой — соединяет Асгард с землей, но плохо придется тому, кто осмелится по нему подняться. Красная полоса, которая тянется вдоль, — это вечное, никогда не потухающее пламя. Безвредное для богов, оно сожжет любого смертного, который осмелится к нему прикоснуться..."


    Во многих странах известна небольшая легенда под названием "Мост Через Радугу".
    Имя ее автора осталось загадкой. В этой легенде-сказке выражена мечта о том, что животные, покидающие нас, не уходят от нас навсегда. Мы расстаемся лишь на время, иногда короткое, иногда долгое. Но как бы то ни было, однажды, минуя особое место под названием Мост Через Радугу, мы снова встретимся с нашими любимцами и воссоединимся с ними. И на этот раз уже навсегда...

    Приходит срок, и животные покидают нас. Те из них, кто имел кого-то особенно близкого на земле, попадают сюда, на островок небес у Моста Через Радугу. Здесь есть бескрайние луга и высокие холмы, где они могут беспечно резвиться и играть. Тут много чистой воды, вкусной пищи и солнечного света. Нашим друзьям тепло и уютно. Больные и старые восстанавливают силы и здоровье, искалеченные становятся целыми и невредимыми, точь-в-точь какими мы их помним в наших мечтах о тех днях, которые уже не вернуть. Они могли бы быть бесконечно счастливы, если бы не тоска по тем, кто был особенно важен для них, но остался позади. Дни, заполненные игрой и терпеливым ожиданием, проходят чередой. Но однажды наступает Миг, когда один из них замирает, словно почувствовав что-то, и устремляет свой взор вдаль. Его глаза загораются радостью, по телу пробегает дрожь. Он вырывается из стаи, летит над зеленой травой, быстрее и быстрее… Он узнал вас. И когда вы, наконец-то снова встретились, вы заключаете его в объятия, чтобы уже никогда больше не разлучаться. Ваши руки нежно гладят возлюбленную голову, вы снова всматриваетесь в эти преданные глаза, которые так надолго были вырваны из вашей жизни, но которые ни на мгновение не покидали ваше сердце.

    А потом вы пересекаете Мост Через Радугу… Вместе...

    источник

     
    Космическая Этика » В ПОИСКАХ ИСТИНЫ » Космическая ЭТИКА и РАЗВИТИЕ человека » ЦВЕТ. Наука неизвестная или забытая
    Страница 2 из 4«1234»
    Поиск:


    Макошь, Сева, elesy


    Прочти! 1. Все используемые аудиовизуальные и текстовые материалы, ссылки на которые размещены на блоге, являются собственностью их изготовителя (владельца прав) и охраняются Законом РФ "Об авторском праве и смежных правах", а также международными правовыми конвенциями.
    2. Материалы берутся из открытых источников и предоставляются только для ознакомительного домашнего просмотра.
    3. Ресурс не распространяет и не хранит электронные версии материалов.  Коммерческое использование возможно после получения согласия правообладателя.
    4.
    Авторам! Если Вы являетесь обладателем авторских прав на материал и против его использования на блоге, пожалуйста, свяжитесь с нами

      

    Copyright MyCorp © 2017