КОСМИЧЕСКАЯ ЭТИКА - Рассвет Сварога
Воскресенье, 25.06.2017, 09:59
ПОИСК по форуму
Форма входа

Статистика

НОВОЕ на форуме
  • Теракт. Франция. Англия. (14)
  • История развития болезни (17)
  • Философия Космического Сознания (101)
  • НАСТРОЙКА НА НОВЫЙ УРОВЕНЬ СОЗНАНИЯ (8)
  • ПСИХОЛОГИЯ (206)
  • Женские секреты (121)
  • МЫСЛЕФОРМА (18)
  • ЧЕЛОВЕК и ПРИРОДА (135)
  • Лжеучения и ловушки на Пути Развития (83)
  • ЭНЕРГЕТИЧЕСКИЙ ПРОГНОЗ (55)
  • Украина. Майдан и не только (238)
  • Мудрость веков (337)
  • КАРМА и всё, что с ней связано (59)
  • О физиологии человека в общем (88)
  • Жизнь как она есть (463)
  • РУНЫ

    Руна дня



    © «Astral-Vision»
    Ссылки


    Приветствую Вас Гость | RSS
    Путь души - Космическая Этика
    [ Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · RSS ]
    Страница 1 из 11
    Модератор форума: Макошь 
    Космическая Этика » РУСЬ, СЛАВЯНЕ, БОГИ » ИЗ КНИГ РАЗНЫХ АВТОРОВ » Путь души (Из книг А Шевцова)
    Путь души
    МакошьДата: Вторник, 03.05.2011, 19:12 | Сообщение # 1
    Мыслитель
    Группа: Админы
    Сообщений: 20214
    Статус: Убежал

    Путь души

    Мазыки считали, что все образы, которые мы имеем, живут совсем не в мозге. Мозг нужен лишь для управления телом и запоминает лишь постоянно повторяющиеся действия. Основное содержание памяти - снаружи души и тела.


    Пара (тонкоматериальное вещество, которое производит душа и через которое взаимодействует с телом) разливается вокруг души, заполняясь образами. Новые впечатления, превращаясь в образы,отодвигают старые образы дальше от тела и души. Так же отодвигаются воспоминания и о предшествующих жизнях.

    Вначале, когда ребёнок родился, он ещё помнит прошлую жизнь. Но задача создать разум, соответствующий новым условиям выживания, и освоить тело так сложна, что юная душа посвящает всю себя творению новых образов. Они и отодвигают старые в такую даль, что ко времени, когда ребёнок хоть немного высвобождается от битвы за тело и выживание, воспоминания уже очень далеко от его видения...

    Рыба ищет, где глубже, человек — где лучше. Вот поговорка, в которой скрыто народное наблюдение над главным свойством сознания. Сознание текуче, словно жидкость. Но вот течет оно не по миру, а по его образу, по знаниям о мире. Направляется это движение сознания Духом, вся суть которого, если верить мазыкам, сводится к одной единственной вещи: дух хранит на­правление.



    Дух наш — дух божий — лишь дарован нам, но принадлежит он не этому миру и всегда стремится вернуться к себе домой. Условно, можно описать это стремлением легкого газа в воз­душном шаре взмыть вверх, на Небеса, где и находится наш настоящий дом. Сама среда Небес состоит из духа, поэтому там дух просто растворяется в общей среде и больше уж никуда не движется. Но пока он помещен в мою душу, он задает ей постоянное стремление двигаться и тянет домой.

    Путь домой прям и ясен. Но путь души с ним не совпадает. То, что для духа прямо, душа может пройти, лишь обходя те помехи и несовершенства, которые в ней содержатся. И поэтому прямой путь духа оказывается на деле сложнейшими петлями наших судеб. Кривыми и окольными путями, если глядеть на них отсюда. И все же, все эти пути — лишь воплощение необоримой устремленности духа прямо к своей цели...

    Зачем душе приходить в мир? Зачем ей проделывать все эти сложные и болезненные путешествия, а не просто отдаться духовному порыву и не вознестись туда, откуда он вошел в нее? Похоже, ответ прост и давно дан человечеству: рад бы в рай, да грехи не пускают. Точнее, как считали мазыки, несовершенства души. Ведь души, как считает русский язык, могут быть и черными, и злыми, и кривыми. И просто не проходят в то игольное ушко, через которое влечет их дух. Или оказываются слишком тяжелы для такого путешествия, поскольку содержат слишком много камней за пазухой.

    Чтобы просочиться в это ушко, надо стать гибче и легче. А для этого надо очиститься в огне плотных миров.

    Вот плотность и оказывается основным испытанием для нашего сознания, как несовершенства — для души. Плотность — денное тело, в которое я воплотился: твердое, холодное, горячее, острое, голод, жажда, другая плоть... С точки зрения тел, плотность — это лишь то, что мы ощущаем как твердое вещество. Но это совсем не так для души и ее сознания.

    Судите сами: то, что плотно для тел, свободно проницаемо для душ. Они проходят сквозь твердое вещество, как призраки проходят сквозь стены. Вещественная твердость — лишь морок, иллюзия для душ. Как сами души — для тел. Для них плотностью, которая может их задержать, являются знания о том, что может разрушить тело. А тело необходимо сберечь, потому что без него не будет решена задача воплощения.

    Поэтому душа создает образы всего, что может помешать выживанию моего тела, и потом живет среди них, а не среди вещей и существ. Именно эти образы, которые, по сути своей, являются знаниями, и ощущаются душою действительной плотностью, которая разрушит тело. И ей все равно, что именно его разрушит, важно лишь то, что все это разрушит плоть, а значит, является с ней одной природы — плотной. Потому и огонь, и холод, и тель — все это тоже плотности.

    И их надо уметь избегать. Избегание это и оказывается тем, что делает путь нашего духа сквозь этот мир кривым и извилистым.

    дальше...
     
    МакошьДата: Вторник, 03.05.2011, 19:15 | Сообщение # 2
    Мыслитель
    Группа: Админы
    Сообщений: 20214
    Статус: Убежал

    Как душа создает образы тех помех, которые могут разрушить данное ей в воплощении тело? Используя его же органы восприятия, то есть, получая с их помощью впечатления.

    У души есть свои средства восприятия. И когда выходишь из тела, а потом висишь над ним, понимаешь, что восприятие души чрезвычайно похоже на телесное восприятие. Настолько похо­же, что вначале кажется, что подымаешься не из тела, а всем телом. Почему?

    Да потому, что душевное восприятие всегда присутствует внутри того восприятия, которым мы пользуемся в жизни. Мы просто привыкли считать, что воспринимаем телесными органами. А в действительности, наше восприятие всегда двуслойно. И мы всегда владеем двумя способами восприятия: телесным и душевным. И даже можем по собственному выбору переключаться с одного на другой.

    Но воплотившись в новорожденное тело, душа осознает, что ее способность восприятия неполезна в новых условиях. Ведь она не понимает, что опасно вокруг нее. Ее не жжет огонь, не моро­зит холод, ей не страшны голод и жажда, к тому же она не боится острых предметов и твердых углов. Чтобы выжить телесно, надо освоить телесные способы восприятия и накопить знания обо всех опасностях этого мира.

    А какая главная опасность нас подстерегает?

    Сам этот мир.

    Поэтому первое, что принимается создавать душа с помощью телесного восприятия — это Образ мира, в котором и размещает все частные и мелкие опасности, а также возможности и источники жизненной силы.

    Чтобы создать образ мира, необходимо иметь материал, на котором его можно нарисовать — табуля раса, чистую доску, как говорили в древности. Сократ, Платон и Аристотель считали такой доской саму душу младенца. Ближе к современности ею стали считать наше сознание. И то и другое верно.

    Во всяком случае, мазыки считали, что душа получает впечатления от органов восприятия сама. И получает именно так, как это скрыто в русском слове впечатления — в виде отпечатков. В этом представлении они совпадали с древними греками. Отпечатки эти впечатываются прямо в поверхность души, продавливая ее, и тем вызывая в ней те или иные чувства. Но поверхность души невелика, и если оставить отпечатки на ней, она скоро переполнится ими и перестанет воспринимать действительность. А это смерть.

    дальше...

     
    МакошьДата: Вторник, 03.05.2011, 19:16 | Сообщение # 3
    Мыслитель
    Группа: Админы
    Сообщений: 20214
    Статус: Убежал
    Поэтому душа постоянно испускает из себя новое вещество, из которого и состоит ее поверхность, — ту самую Пару. Пара — как кожа души, сначала передает ей ощущения, хранящиеся во впечатлениях, а потом уносит их прочь от тела, выталкиваемая новыми слоями сознания, заполненного образами.

    Собственно говоря, сознание — это главное свойство пары сознавать. То есть превращать впечатления в знания, которые есть образы. Происходит это после того, как душа откликнулась на новые впечатления своими чувствами и тем как бы оценила их значение для выживания в мире. Так из общего потока впечатлений рождается память, то есть то, что закреплено оценкой души в образ, осознано ею и потому может храниться долго.

    Остальные впечатления остаются смутными искажениями пары и постепенно растворяются.

    Пара, заполненная знаниями, становится сознанием, то есть парой со знанием. Именно из него и ткется образ мира, в котором и предстоит путешествовать душе, пока тело будет сражаться с миром вещественным.

    Путешествовать же, с одной стороны, подгоняемой стремлением духа обратно Домой, с другой, оседлав текучую волну сознания, которое скользит между знаниями о плотностях этого мира. Не учитывать эти знания нельзя, потому что тело погибнет, и душе придется воплощаться заново. Поэтому пути души становятся путями, по которым сознание наше стекает со знаний о плотном и разрушительном в знания о мягком, добром, любящем...

    Так моя душа ищет, где лучше для моего тела...

    Примечание: Мазыки было другим именем, точнее, самоназванием офеней — торговцев вразнос с лотков, много веков торговавших по всей Руси и дальше. ..мазыки, масыги в словарях офеньского языка означает производное от Мас, Масыга — то есть «я сам»... Они явно выделяли себя из общей массы офеней и считали не просто коробейниками, а потомками «скоморохов-музыков». А. Шевцов называет их носителями старинного знания о человеке, его разуме, сознании, теле и душе, на основе которого Шевцов и создал культурно-историческую психологию.
    Из книги А Шевцова "Введение в науку думать"

    http://ladeia-way.livejournal.com/5536.html#cutid1

     
    zolotoДата: Пятница, 13.05.2011, 23:44 | Сообщение # 4
    Группа: Удаленные





    А я сейчас читаю его книгу о Тропе Трояновой. Не перестаю поражаться и испытывать благодарность - за очень многое...
     
    МакошьДата: Воскресенье, 31.07.2011, 16:41 | Сообщение # 5
    Мыслитель
    Группа: Админы
    Сообщений: 20214
    Статус: Убежал

    Этнопсихология восприятия...

    "...Одно время я довольно много ездил в этнофафические экспедиции, собирал ремесла и обычаи. Эти поездки привели меня в 1985 году к людям, которые называли себя Мазыками. Они жили на Владимирщине — это теперешние Владимирская и Ивановская области — и знали то, что местные жители считали чародейством, а я посчитал народной психологией.На деле мои информаторы, как принято у этнофафов называть тех, с кем беседуешь и от кого получаешь свои знания, утверждали, что они потомки особой группы внутри офеньского сообщества — Мазыков. Офени же — это те самые коробейники, торговцы вразнос, о которых поется в народных песнях.Но я расскажу о Мазыках в другом месте. А сейчас просто воспользуюсь собранными тогда материалами.

    Мне вспоминается образ, которым один из дедов объяснял мне, как происходит восприятие. Случилось это после рыбалки на Клязьме.

    Тебе раньше случалось ловить рыбу? — спросил он меня. — Или долго собирать грибы?

    — Конечно, случалось.— А помнишь, что стоит у тебя перед глазами, когда ты потом их закрываешь?


    Я вспомнил. Долгое время после рыбалки меня мучил клюющий поплавок. А после грибов — листья, трава и мелькающие среди них грибы.

    Вот это у нас называется — грибки клюют, — засмеялся дед. — Так болеет твое сознание...

    Сознание болеет после того, как я долго заставлял свое внимание усилием удерживаться на определенном образе или предмете. Поплавок — это предмет внешний по отношению ко мне. Наблюдение за поплавком — это чистой воды восприятие. Поиск грибов — это сличение внутреннего образа, точнее, нескольких, со всеми возможными образами внешних предметов с целью узнавания. И ты все время удерживаешь в сознании целую картотеку образов, которую пробегаешь внутренним взглядом раз за разом, когда восприятие подсовывает что-то похожее. При этом внимание раздвоено и направлено то на внешний мир, то внутрь.

    Собственно говоря, и при наблюдении за поплавком происходит то же самое. Только вместо множественных предметов есть множественные состояния одного. Но и эти состояния удерживаются в сознании как набор картин или кадры. Итогом такого перебора образов и одновременно напряженного удержания внимания оказывается перенасыщение сознания образами, и они словно бы выпихиваются или выдавливаются сознанием из себя во время отдыха.

    При этом, как говорил тот же старик, происходит поражение сознания, то есть нанесение ему раны — от слова «разить». И слово «образ» происходит от того же корня. Единственное, что добавляется, это ограничивающая приставка об-, как в слове об-рез.

    Означает она некий о-хват, о-граничение.

    Иными словами об-раз — это поток восприятия, имеющий предел. И предел этот узнается сознанием, как граница полученного впечатления, то есть отпечатка. Как вы понимаете, это означает, что мазыки понимали сознание отнюдь не так, как современная психология. Не как некие мыслительные операции, грубо говоря, а как среду, вроде вощеной дощечки Сократа.

    Среду вполне материальную, но очень тонкую, наподобие физических сред, описанных в последних достижениях физики. Оставлю пока без обсуждения, возможно ли такое, хотя я уже писал во «Введении в культурно-историческую психологию», что сложности нейропсихологии с поиском материального понятия энграммы, — то есть отпечатка, составляющего основу памяти, — не решаются без выдвижения новых гипотез. В частности гипотезы об иной природе памяти, не являющейся итогом межнейронных взаимодействий или химической активности внутримозговой жидкости, глии. Иная природа памяти — это и есть иная природа сознания.

    Пока без всяких попыток что-то утверждать, просто посмотрим, как видели восприятие в одной из традиционных культур. Возможно, мазыки ошибались, но отбросить их представления труда не составит. Мы уже многое отбросили только потому, что этого нет и быть не может! Так вот, каждый образ, который воспринимается человеком, на самом деле воспринимается его сознанием. И воспринимается как отпечаток. При этом сознание очень бережно к самому себе. Оно не делает повторных отпечатков. Вернее было бы сказать, что за этим следит разум, как способность сознания творить и использовать образы, но это, пожалуй, будет слишком непонятно без дополнительных объяснений.

    Так что остановимся на том, что сознание имеет возможность проверять, есть ли уже в нем воспринимаемый образ. И проверяет оно это каждый раз, когда происходит восприятие. И если образа еще нет, оно делает с него отпечаток, а если он есть, то сознание его узнает. Это значит, что нового отпечатка делать не надо, этот образ уже есть.

    Но вот я долго и напряженно слежу за поплавком. Что происходит с моим сознанием? Оно постоянно узнает образы поплавка и как бы отбрасывает их: уже есть!

    А я постоянно усилием заставляю узнавать их снова и снова. А потом мне страшно закрыть глаза, потому что перед внутренним взором плавает и клюет этот проклятый поплавок, а мне некуда от него деться! И это боль. Только я не привык так называть подобные ощущения и как бы ее не чувствую.

    А как, по-твоему, — спросил меня мой дед, — а когда у тебя глаза открыты, ты этот поплавок не видишь?

    Честно признаюсь, меня даже испариной прошибло от стыда, когда я это услышал. Ну, конечно же, я вроде бы и знал, что образы эти идут как кино у меня перед глазами постоянно, — хоть с закрытыми глазами, хоть с открытыми. Просто я их вижу только в темноте. Но почему деревенский старик этим владеет, а я, такой умный и ученый, это упустил и не сообразил сам?!

    Конечно, вижу...

    — Ну, как видишь? — улыбнулся он. — Если бы видел, так непременно сказал бы. Значит, не видишь. Знаешь, понимаешь, что они и сейчас у тебя перед глазами, но не видишь.


    И опять он был прав, хотя теперь я принял свое маленькое поражение спокойнее, потому что его перекрывал появившийся вопрос: А какова механика того, что, даже насмотревшись на поплавок или грибы, я начинаю их видеть только когда закрою глаза?

    Не мучай себя. Начни просто: привычка!

    Вот так я впервые столкнулся с тем, что за привычка мешает психологу видеть устройство своего сознания, ума или то же самое восприятие. Тогда в разговоре моя мысль рванулась представить себе, как же так получилось, что я, зная, что образы, болезненно навязанные моему сознанию, продолжают мерещиться мне не только с закрытыми глазами, но и постоянно, тем не менее, совсем их не замечаю, пока глаза открыты? Я попробовал увидеть эти образы с открытыми глазами, благо, разговор происходил как раз после долгой рыбалки, и я действительно сумел почувствовать их присутствие словно бы в глубине моего видения.

    Иными словами, вопрос заключался в направлении моего зрения. При открытых глазах зрение устремлялось во внешний мир, точно от этого зависела сама моя жизнь. Что, кстати, вероятно, близко к истине. А при закрытых его подменяли другие чувства. Зрение же углублялось в то, что подсовывало ему сознание. Вот только было ли это зрение глаз? Как вы понимаете, это тот же самый вопрос о том, каков же настоящий мир. Если я вижу поплавок лишь с закрытыми глазами, значит, я вижу его не глазами! Значит, такой мир, к какому я привык, это точно не то, что видят глаза... Но старик не дал мне особо углубиться в это исследование.

    Потом, потом сам докопаешься, — остановил он мое самоуглубление. — Ты, главное, пойми одну вещь. Вот ты сейчас согласен со мной, что когда грибки клюют — это болезнь?

    Да, к этому времени я уже ощущал, что это состояние нездоровое и даже сам допустил мысль, что я ощущаю, как болит само сознание. Это было очень странное допущение, что я могу ощущать непонятно каким органом боль в таком странном и бесплотном явлении, как сознание, но я ее чувствовал.

    Так вот, главное, — заключил он, — эта боль еще не боль. Есть хуже.

    Я подумал, что он ведет к каким-нибудь перегрузкам или хитрым воздействиям, но ответ опять выбил меня из себя:

    Главная боль — это обычное состояние сознания. Я был озадачен, а он помолчал и добавил:— Ты ведь так к нему привык, что и мысли не допускаешь, что обычное состояние — это больно. А ведь это тоже образы, значит порезы в сознании. Вот погоди, ты еще начнешь чувствовать, что когда работает разум, тебе больно...

    Мне потребовалось пятнадцать лет, чтобы понять, о чем он говорил...

    Но это я опущу как вещь бездоказательную и трудно доступную. Зато мы теперь можем продолжить разговор о восприятии. Итак, я гляжу на поплавок, он меняет свои состояния — то спокойно стоит в воде, то начинает шевелиться, то вдруг ныряет или скользит в сторону. Я жду и сравниваю его движения со своим знанием о том, как должен себя вести поплавок. Но в какой-то миг я дергаю удочку — подсекаю. И на конце лески ощущается сопротивление. Или не ощущается. И если оно не ощущается, я понимаю, что неправильно прочитал поведение поплавка.

    Там, в глубине воды, — черный ящик, об устройстве которого я могу догадываться лишь по его поведению. По эту сторону разделяющей нас поверхности, в глубине пространства, другой черный ящик, об устройстве которого я могу догадываться лишь по его взаимодействию с первым ящиком. Не хватает только Чжуан цзы и бабочки, которой он снится... Рыба... какое мне дело до рыбы?! Мне нужно от нее только одно — чтобы она поймалась. А для этого я должен перенести то ошибочное узнавание образа движений поплавка из разряда: Подсекай! — в разряд: Еще жди.

    Заметьте, появилось уточнение: образ движений поплавка. Это значит, что у меня, кроме чисто зрительного образа поплавка, который, в общем-то, очень понятен, есть еще такое странное образование — образ движений поплавка.

    Что такое образ движений? И вообще, в состоянии ли мы видеть движения? На самом деле, говоря о движении, мы чаще всего говорим о перемещении. Движение нам почти недоступно для наблюдения, как, например, энергия или душа. Мы судим о движении по его проявлениям. Движущееся перемещается, и это мы видим, потому что предмет, перемещаясь, меняет положение относительно других предметов. Если, конечно, можно назвать предметом поверхность воды или волны. Скорее, это явления. Явления воды. Так она себя являет наблюдателю. Следовательно, взглянув на воду с поплавком в первый раз, я запоминаю ее поверхность и положение поплавка. Потом я запоминаю, как он может менять свое положение относительно поверхности воды. А потом я запоминаю, при каком его положении мне надо подсекать. И когда он оказывается в этом положении или положении близком к этому, я подсекаю. Само это положение как бы спускает спусковой крючок. Восприятие — импульс — сигнал — ответный импульс — сокращение мышц — и я подсекаю. Так что же спускает этот крючок? Картинка того, насколько погрузился поплавок в воду? Один из множества подобных кадров? Вроде бы так. Но какова подробность этого кадра, то есть картины, необходимой для того, чтобы заработала «рефлекторная дуга»?

    Уточню вопрос. Насколько избыточной является для действия та картина водной поверхности с водорослями, волнами, живностью и отражениями, которую привычно нарисовало наше воображение? Насколько избыточно и изображение поплавка — объемного, раскрашенного, потертого и поцарапанного, со спичкой торчащей сверху и даже с сидящей на ней стрекозой? Спрошу иначе. Является ли это тем образом, который узнает сознание, чтобы подсечь? И как много лишних одежек мы можем снять с него, чтобы при этом узнавание подсечки все равно происходило? Я знаю, вы уже раздели и поплавок и воду почти от всего, что я перечислил.

    Но я помогу вам еще. Я приведу еще один пример из числа тех, что приводил мой старый учитель народной психологии. Скажите, вы можете видеть плотность? Это как с движением, которое скрыто в перемещении. Я говорю не о плотных вещах, а о плотности, скрытой в них.

    Я знаю, сейчас вы в недоумении и не понимаете, как можно видеть плотность... Тогда сделайте упражнение. Я его уже давал в других книгах и знаю — оно работает. Прямо сейчас закройте мою книгу, поверните ее ребром к себе и резко ткните углом в глаз. Не смейтесь и не думайте, что я дурак. Дурак — это всего лишь тот, кто задает такие вопросы, которые другие не задают. Просто попробуйте ткнуть. Знаете, что у вас получилось? Я опишу. Вы сложили книгу и двинули ее уголок в сторону глаза. Но поскольку вы не дурак, ваша рука замерла так, что уголок книги оказался близко от глаза, но его не коснулся. Почему?

    Да потому, что он плотный. А это означает боль. Вот первое наблюдение. А теперь повторите упражнение, и понаблюдаем еще раз. Вот вы приготовили книгу. Вы ее узнаете — у нее все тот же образ, что вы помнили. Теперь вы быстро тыкаете книгой. Она замирает перед глазом, и вдруг вы замечаете, как в ее образ возвращаются черты, детали, и вообще полнота восприятия! В миг, когда книга приблизилась к глазу на опасное расстояние, она начала раздеваться. И чем ближе она была к боли, тем бесцветнее и бесформеннее становилась, пока вы вдруг не почувствовали, что дальше будет действительно больно, и не нажали на спусковой крючок: подсекай! И ваша рука получила импульс: мышцам стоп! Рефлекторная дуга замкнулась почти коротким замыканием. Еще немного и вы бы увидели искры. Но уже сейчас вы видели плотность в чистом виде.

    Что же такое тот образ, который мы вылавливаем из огромной и перенасыщенной картины, которую видим как Образ мира? "

    дальше...
     
    МакошьДата: Воскресенье, 31.07.2011, 16:51 | Сообщение # 6
    Мыслитель
    Группа: Админы
    Сообщений: 20214
    Статус: Убежал

    Нейробиология восприятия

    Итак, что же такое образ, который воспринимается нами, как часть Образа мира?

    Приглядитесь, это нечто сходное с крошечным разрядом энергии, достаточное для управления микросхемой, состоящей из платы, сделанной даже не из силикона, а, возможно, из тончайшей среды, какая только существует в этой вселенной — сознания, если его понимать по-мазыкски, — и из нескольких связей, несравненно тоньше волосков. Связей, задачей которых является всего одно крошечное действие, как у диода — замкнуть цепь условного рефлекса: подсекай! Для управления такой микросхемой не нужны громоздкие картины окружающего мира. Они ее просто перегрузят или сожгут. Это первое.

    Второе. Ощущается разумным ожидать, что если на выходе был тончайший разряд энергии, точнее, биоэлектричества, насколько я это понимаю, то и на входе должно быть нечто однородное. Однородное, хотя бы не обязательно тождественное, потому что плата эта может служить как преобразователь. Улавливая более тонкие воздействия, она превращает их в сигнал, достаточный для запуска биоэлектрических сервомеханизмов нашего тела. Я прошу прощения за язык, которым я здесь пользуюсь. Я не люблю биоэнергетику и ее язык, но такой образ облегчает понимание. Он для меня не ответ, а скорее перст, указующий на луну, то есть на возможный ответ. Во всяком случае, он позволяет перейти к разговору о восприятии на материале современной нейропсихологии.

    Для этого я все-таки воспользуюсь американской книгой, написанной в конце 80-х двумя крупнейшими чилийскими нейробиологами Матураной и Варелой. Книга эта хороша только тем, что она писалась профессионалами для простых людей и потому читается легче. По содержанию она от русской нейрофизиологии ничем не отличается. Основное ее название «Древо познания», но подзаголовок передает ее суть вернее: «Биологические корни человеческого понимания».

    Интересующую меня тему они начинают с описания той же рефлекторной дуги, правда, заменяя ее понятием «двигательного нейрона», который «активируясь, способен вызывать сокращение мышцы» (Матурана, Варела, с. 141).

    Тут мы имеем общее в представлениях. Далее идет определение восприятия, как его видит обычное мышление: Раздел III. Выводы и итоги - ...глаза, в процессе которых это изображение затем трансформируется внутри нервной системы» (Там же, с. 143).
    И это, как видите, совпадает и не очень интересно. А вот дальше начинаются собственные взгляды этих нейробиологов.

    «Однако он (этот подход — А.Ш.) совершенно непригоден при рассмотрении феномена зрения» (Там же, с. 143).
    И далее следует длинное объяснение на таком языке, который призван, как я думаю, показать на собственном примере, что мозги при таком подходе просто перегрузятся.

    Но зато после этого нейробиологи переходят к объяснению поведения, а, соответственно, и к управлению им через восприятие. Определение поведения, правда, из разряда нейробиологических.
    «Поведение — это производимое наблюдателем описание изменений состояния системы относительно окружающей среды, с которой взаимодействует данная система» (с. 144).

    Чтобы оно хоть как-то заработало, стоит заменить «систему» на «человека» и немножко подправить:
    «Поведение — это изменение своих состояний относительно окружающей среды, производимое человеком благодаря "описанию" этой среды, которое он делает, наблюдая ее».

    Вот так бы я это перевел с языка нейрофизиологии на человеческий, хотя понятно, что понятие «описания» стоило бы объяснить отдельно.
    Но авторы это сделают сами, хотя и на своем языке через понятие «сенсорная поверхность»:
    «Сенсорная поверхность включает в себя не только те клетки, которые мы видим извне как рецепторы, способные воспринять возбуждение, поступающее из внешней среды, но и клетки, которые может возбудить сам организм» (с. 144—145).

    Первое, что требуется сделать после этого заявления, это дополнить определение поведения, добавив одно уточнение:
    «Поведение — это изменение своих состояний относительно окружающей среды, производимое человеком благодаря "описанию" этой среды, которое он делает, наблюдая ее и с е б я».
    Как вы понимаете, это крошечное дополнение является нейрофизиологическим обоснованием самонаблюдения. Это первое.

    Во-вторых, если задуматься над этими словами нейробиологов, то станет ясно: описание, которое делает наблюдатель, пишется возбуждениями! Если сейчас позволить специальному нейрологическиму языку, который знаком каждому психологу, утянуть нас внутрь нейрофизиологических понятийных построений, откровение потеряется. Кто же не знает, что рецепторы возбуждаются!

    Забудьте на время этот язык. Посмотрите на их слова философски. Скорее всего, они и сами не поняли того, что сказали. Попробуйте понять слово «возбуждение» в том смысле, в каком оно используется в психологии, точнее, в науке о поведении. Как, например, в выражениях: животное возбудилось от запаха крови. Или: он вернулся с работы возбужденным. Опасность возбуждает меня.

    Сенсорные поверхности, рецепторы, нейроны, электронные платы, бионические датчики — какой еще дребедени нужно насовать в простое наблюдение, чтобы оно выглядело неуязвимым и окончательно научным?!
    Поведение определяется и даже диктуется возбуждениями, которые мы испытываем, воспринимая изменения, происходящие в окружающем мире.

    Я гляжу на поплавок, а вижу движение, я гляжу на приближающийся острый угол, а вижу плотность, я гляжу на мечущегося по клетке медведя, а вижу опасность... Но это вижу я, а мое восприятие видит только возбуждение. И образ его оно всегда и передает в мозг, как в головной компьютер, управляющий телом. А дальше:
    «нервная система функционирует как замкнутая сеть изменений в соотношениях активности между ее компонентами.

    Таким образом, испытывая надавливание в какой-либо части тела, мы как наблюдатели можем сказать: "Ага! Сокращение вот этой мышцы заставит меня поднять руку". Но с точки зрения функционирования самой нервной системы происходящее всецело сводится к постоянному поддерживанию определенных соотношений между сенсорными и моторными элементами, испытавшими временное возмущение в результате надавливания.

    Поддерживаемые соотношения в рассматриваемом случае довольно просты: это баланс между сенсорной активностью и мышечным тонусом» (Там же, с. 145).

    Если сказать это проще, то восприятие оказывается очень механической вещью — там, где-то на самых глубинных уровнях освобождения образов от красочной шелухи, оно воспринимает возбуждение из внешнего Мира и передает мышцам, телу. Сколько приняло — столько передало: главная задача восприятия — баланс, то есть равновесие. Своего рода поведенческий гомеостаз, если называть такое равновесие научно.

    И здесь скрывается ответ на вопрос, что же такое образ по своей сути. Только этот ответ так прост, что его не скажешь словами. Это труднее, чем перевести слово гештальт. Его, скорее, надо не говорить, а показывать. Вот поэтому и не удавалось психологии дать определение образа. Но, тем не менее, понятие его создастся, если вглядитесь в то, как приходит возбуждение из внешнего мира через восприятие и как оно передается, лишь слегка изменившись, пб нервным путям, а потом вспыхивает в мышцах. Но вспыхивает лишь затем, чтобы уступить место или, точнее, влиться уже в совсем другие образы. Какие?

    Например, в Образ мира. А это значит, что и весь этот такой красочный образ, в котором мы узнаем окружающий мир, совсем не передает его действительной и яростной красоты. Ведь если вдуматься в то, что мы делаем каждый миг, то вся наша жизнь превращается в постоянное перерабатывание и использование энергий, складывающихся в стихии, как возбуждения — малые образы, — в большие образы, Образы миров! Включая Мечты и Картины мира наук.

    Равновесие, как и возбуждение, звучит очень просто, а в жизни мы знаем, что ответное поведение может быть очень сложным и разнообразным. Как кажется, просто возбуждение не может обеспечить такого разнообразия.
    Но это фокус все той же привычки видеть, а точнее, не видеть что-то очень важное.

    Поведение только вызывается и прекращается возбуждением и равновесием. Разнообразие же его определяется образами. Образы, правда, теперь уже не восприятия, а поведения или, точнее, действия, — об-резают, о-пределяют действия. То есть создают их рисунок, в котором предел есть воплощенное равновесие, а возбуждение — движущая сила.

    Возбуждение преобразуется в нашей плате из поведенческого в биоэлектрическое. В этом значении оно, как я думаю, приближается к тому пониманию, что используют нейрофизиологи. Но это означает, что и снаружи нас есть лишь нечто, похожее на биоэлектричество, по крайней мере, настолько ему единородное, что сознание может его преобразовывать в то, что обеспечивает жизнедеятельность тела.

    Кстати, я ошибся, когда хвалил язык чилийских нейробиологов. Он ничуть не лучше, чем у русских нейропсихологов. А чтобы не быть голословным, вот вам последнее определение восприятия. Восприятие — есть вид познания, но «любое познание есть не что иное, как создание сенсорно-эффекторных корреляций в области структурного сопряжения нервной системы» (Там же, с. 147).

    Подводя итоги своему маленькому исследованию образа, я хочу сказать, что дальше его можно продолжить только в прикладной работе, позволяющей проверить выдвинутые предположения и гипотезу о материальности сознания как среды, творящей образы. Только это даст возможность по-настоящему понять, что же такое образ.

    Что же касается наблюдения, то и о нем, в сущности, можно рассуждать дальше, только поняв, как может сосредоточиваться сознание, управляя потоком восприятия как потоком возбуждений."

    из книги А.Шевцова "Самопознание и субъективная психология"

    http://daonagual.aiki-web.net/tropa_6.html
     
    МакошьДата: Вторник, 20.12.2011, 18:16 | Сообщение # 7
    Мыслитель
    Группа: Админы
    Сообщений: 20214
    Статус: Убежал

    Славянские традиции – Присыпания.

    Почему-то мне кажется, что Присыпания станут для вас самой простой и приятной частью самостоятельной работы! Впрочем, эта шутка не должна снизить значение того, о чем я хочу рассказать.


    Государство, пытаясь превратить народ в винтики своей машины, приучало нас к тому, что спать много вредно, потому что это пустая трата времени. А полезно трудиться на общее благо. В действительности же, на благо тех, кто умел это благо присваивать.

    Режим и жесткое порицание сна вместе с научной травлей духовности были способами не только подменить обычный образ мира на его механическую картину, но и лишить русского человека возможности, времени и сил вспоминать о душе. А сон — это именно то время, когда душа восстанавливает себя от тяжести жизни в плотном мире.

    Если вспомните, дурак в русских сказках все время валяется на печи…

    В этом он подобен старому деду, который тоже постоянно «греет там косточки». Но тот, кто лежал на печи, знает, что это не просто лежание в теплом месте.

    Русская печь — это состояние переходное к парной бане. Я уж не говорю о том, что в печах мылись, когда не было бань. Но и просто полежать на русской печке — это уже не просто полежать. Что-то там происходит. Мало того, что тело распаривается и разогревается. Но необходимость лежать на жестком, заставляет его расслабляться и распускать мышечные узлы. К тому же полузатемненное теплое место, где можно только лежать, способствует засыпанию. Ты засыпаешь, но не можешь заснуть, пока в теле есть напряжения, поскольку под тобой жесткие камни. В итоге ты вынужден распустить напряжения, как распускают спутанную пряжу. Уже само убирание напряжений целебно, но это еще не все.

    Как ни странно, но русская печь отличное место, куда можно спрятаться и после неприятностей, иначе говоря, она лечит и от нервных и даже психических расстройств. Печь успокаивает, это знает любой русский. Но почему?

    Вот это объясняли мазыки. Они говорили о том, что для освобождения от какого-то состояния сознания нужно отделиться от него двумя состояниями, то есть перейти в третье состояние сознания. Это то самое: утро вечера мудренее. Почему оно мудренее? Потому что, как свидетельствуют наблюдения, ты утром можешь найти ответы на то, что занимало тебя вечером, но не решалось. Почему оно не решалось вечером?

    Потому что ты находился внутри «проблемы». То есть вечером ты не просто искал ответ, а переживал некое состояние в связи с этой задачей, и скорее всего, переживание было отрицательным, из-за чего «мозги были съедены», то есть все твое сознание было захвачено этим переживанием, и не оставалось свободного сознания для разумных соображений. Что происходит потом?

    Ты засыпаешь. Это следующее состояние сознания. Но оно еще погранично с переживанием, переживание гонится за тобой, как Баба-Яга за бегущими детьми, и проникает внутрь сна. Очень вероятно, что именно оно и приснится. Но вот ты просыпаешься и просыпаешься уже «за рекой», уже в своем мире, куда вход ведьме затруднен. Это третье состояние сознания.

    Теперь ты отделен от переживания двумя слоями. Переживание может овладеть тобою только, если ты сам впустишь его в свой мир, сделаешь ему приглашение. То есть захочешь попереживать еще. Но ты можешь и не приглашать его, а включить разум и найти разумное решение. Помешать этому может только наслаждение, которое ты получаешь от переживания, то есть мышление страдания. Как меняются состояния сознания при переходе из одного в другое, в общем понятно.

    Что происходит во сне? Сон кажется чем-то предельно хаотичным и бессмысленным. Вроде бы ты и заполнен чем-то, но как оно появилось непонятно, «механика» этого неясна, несмотря на множественные исследования последнего века. Старики говорили о сне следующее. Сон — состояние божественное. Во сне душа стремится вернуться к состоянию для себя естественному и расправляется от тех искривлений, что приняла за день. Человек, который мало спит, постепенно превращается в то существо, которое вкладывает в него внешний мир.

    К примеру, Совок, советский человек — это не просто человек, с тяжелым прошлым, это особое человеческое существо, что-то вроде зомби, которое может вести себя только так, как его запрограммировали. Как это называлось: его душа свита в венец, который он принял, как настоящего себя, расслабился внутри, научился получать свои удовольствия, и ненавидит всех, кто не принимает его образ жизни. Душа старается не только вырваться из оков человеческого, но и разрушает их, насколько может. То, что захватило тебя днем, как переживание — самая жесткая часть этих оков. Сон размывает их, а затем растворяет и все, что мешает сознанию расширяться. Все, что сегодня является ценным для тебя бодрствующего, есть помеха твоей душе, помеха душевной свободе. Во сне оно обязательно будет размыто и преодолено, почему оно и «приснится». Сны, если, конечно, это не снотворение, не Ведогонь, как называлось искусство управляемого сна у славян, должны быть легкими и незапоминающимися. Это означает, что болезненных переживаний не было.

    Следовательно, сон не просто целителен, но и является одним из важнейших орудий для того, кто возвращается к себе и хочет вернуть изначальное состояние естества. Именно поэтому «дураки» постоянно валяются на печи, где они «присыпают», как только появилось желание. Дураки, если вы не забыли, это именно те, кто в итоге своих поступков становятся царями. Именно поэтому после кресения советовали присыпать. У обученного человека желание слегка «приснуть» появляется сразу же, как только он ощущает давление обычного мышления на свое сознание.

    ”Дураки” хотели жить спокойно и поэтому не просто не лезли в борьбу за общественные ценности, но и всячески сопротивлялись затягиванию своего сознания в эту ненужную схватку, почему и прятались на печи. Одним из способов очищения сознания и было присыпание. Любой человек в состоянии овладеть этим искусством. Мы все чувствуем позывы к засыпанию, как только нас пытаются зацепить бытовым мышлением. Но мы нарботали способность подавлять эти позывы, потому что засыпать во время беседы с людьми неприлично. Это позволительно только выживающим из ума старикам или дуракам. На них не обращают внимания до тех пор, пока они не становятся царями. Не обращают внимания «умные братья», между прочим, то есть те, кто ведет постоянный бой за то, чтобы считаться умными. Дурак же, не ведет этого боя, он не умный, он разумный и он побеждает.

    Искусство присыпать в любом случае придется освоить всем, кто захочет стать кресным, потому что в прикладной работе это способ узнавания выпадений в мышление и сумасшествия у кресника. Как только человек напротив выпал в мышление — он потерял самоосознавание. У крёсного тут же начинаются изменения состояния сознания, ему становится скучно, и он чувствует желание вздремнуть, пока человек болтает пустое. Это надо научиться замечать и осознавать. Означает такое ощущение, что работа по возвращению себя прекратилась.

    Конечно, такое выпадение можно распознать и по нарушению логики, как говорится, но это сложнее. Проще научиться видеть. Это несложно, нужно всего лишь привыкнуть замечать свои присыпания во время разговоров. Мы полны жизни и внимания, пока то, что происходит перед нами, настоящее. Настоящее мы воспринимаем с охотой, потому что ради него и пришли. Настоящее — это жизнь, разум — тоже жизнь и самоосознавание — жизнь. А вот мышление — это старое, давно умершее дерьмо. Это куски памяти, из которых мы делаем затычки для сегодняшних дыр. В нем нет охоты жить, а есть мертвечина, которой жизнь подменяется.

    Я начну с рассказа о мышлении следующую книгу и постараюсь сделать эти мысли предельно очевидными . Если в том, на что мы глядим, пропадает жизнь, то пропадает и охота. Как только она пропадает в предстоящем нам, так она пропадает и в нас. Душа тут же сбегает из того мира, который умирает. Если ей не удается ощущать охоту собеседника, она умчится туда, где тебе охота быть, например, в мечтания или сон. И ты по ходу разговора как бы отключаешься. Ты оставляешь «заставу» сторожевой пункт общения с чужими, чтобы тело сидело и даже слегка поддакивало, а сам начинаешь думать о своем или мечтать. Это сноподобное состояние. Это еще не сон, потому что ты можешь при этом внутри действительно решать какие-то свои насущные задачи почти осознанно. Но иногда ты и сам не замечаешь, о чем думаешь. Вот это уже ближе ко сну. Но и это еще не то. Главное, это само сбегание вслед за охотой, он-то ведет прямо в сон, но мы, к сожалению, не позволяем ему этого. Мы перехватываем его.

    Мы всегда замечаем, как начинается присыпание, и включаем давно заготовленный «механизм перехвата». Не буду сейчас его описывать. Понаблюдайте за собой, и сами все поймете. Важно лишь то, что в нем нет ничего, кроме нашей зависимости от общества. А в самопознании это не полезно.

    В самопознании ты должен позволить себе побыть собой и для себя. Поэтому надо научиться отпускать свою душу туда, где она находит отдохновение. Хоть в компьютерные игры. Они ведь тоже вид снов наяву. Сон божественен и целебен. Особенно, если вы используете его для возвращения себя. Но он совсем не изучен. И мы так же мало владеем искусством сна, как и самоосознаванием или культурой тела. Спать надо учиться. В Академии самопознания мы проводили исследования Ведогони, так называлось это искусство в старину. Материалы этого исследования изданы, почитайте их.

    Пока же могу дать лишь один совет. Как быть, если вас мучает бессоница.

    Есть такое правило: хочешь научиться расслабляться – спи на твердом. Жестко: не расслабишься — не уснешь. Значит, если уснул на твердом, точно расслабился.

    Это же правило – нельзя уснуть, пока не расслабишься, — относится не только к телу, но и к сознанию. Не уснешь, пока не уберешь напряжения мысли. Это все замечали. Вроде и спать хочешь, но только глаза закрыл, и тут же навалились мысли. И не просто какие-то, а те, что тебя держат, то есть исходящие из каких-то точек, мест напряжения в твоем сознании. И пока всё не передумаешь, всё равно не уснешь.

    Так примите эту мысль и не мучьте себя усилиями и подозрениями в бессоннице, а спокойно берите бумагу и выписывайте все свои мысли на нее — сливайте всё в писанку. В какой-то миг напряжения уйдут, и сон свалит вас. Особенное, если вы примите правило: не спится, так проведу время с пользой, займусь самопознанием!

    Вот тогда уж сон точно будет тут как тут. Нисколько не сомневаюсь. Не забудьте только отчеркнуть последнюю строку и вместо “спокойной ночи” сказать себе: Прерываюсь.


    Автор Шевцов А.А.

    http://www.dunmers.com/?p=2249#more-2249
     
    МакошьДата: Понедельник, 02.09.2013, 16:14 | Сообщение # 8
    Мыслитель
    Группа: Админы
    Сообщений: 20214
    Статус: Убежал

    УЧЕБНИК ШКОЛЫ ЛЮБКОВ.
    Глава 2. ВНИМАНИЕ и САМОНАБЛЮДЕНИЕ.

    В русских сказках действующий герой обретает способность обращаться в сокола. Это очень важная способность.

    Сокол летает возле солнца (со-коло), имея острое зрение, он имеет возможность видеть все, что творится на земле.

    Обернуться соколом внутри себя - это значит обрести способность всплывать над самим собой и себя самого наблюдать.

    Для того, кто осознанно выбрал самопознание и самосовершенствование, эта способность крайне необходима. Без неё никак. Почему ? Потому что самосовершенствование подразумевает не накопление чего-то сверх того, что ты имеешь, а совершенствование того, что несовершенно. Для этого эти несовершенства как минимум нужно суметь рассмотреть и описать.

    Но "система" не может описать саму себя. Для этого ей нужен внешний наблюдатель. Твой внутренний сокол - это и есть ты сам, но всплывший, взлетевший над самим собой.

    В народе еще говорят - ясный сокол. И еще говорят - "внести ясность". Сокол летает возле солнца (коло) и смотрит от солнца. От Солнца же вниз проливаются солнечные лучи - от солнца льется свет. Внести ясность это значит внести Свет туда, где раньше был "темный лес".

    Как оборачиваться соколом ?

    В сказке для того, чтобы обернуться соколом, нужно сначала удариться оземь. Что такое этот удар о землю ? Это возможность использовать тягу землю и свою собственную силу как одно целое.

    Поэтому такое больше значение в традиции уделялось кувыркам и перекатам - в них закладывается иста взаимодействия с землей.

    ИСТА САМОНАБЛЮДЕНИЯ

    Нужно закрыть глаза и обернуть взгляд внутрь себя. Как говорили старики - "перевести глаза на затылок".

    Дальше посмотрите внутрь себя как на дно колодца и как бы упадите в этот колодец своим ВНИМАНИЕМ. В сказках герою часто предлагается построить магическую башню как путь на Небеса и оказывается, что для этого надо построить колодец и вывернуть его на изнанку.

    Отпустите своё ВНИМАНИЕ вниз этого колодца. Почему так ? Потому что мы привыкаем воспринимать себя как нечто находящееся в голове - между ушами и на пересечении линии зрения. Для самонаблюдения нужно научиться видеть себя иначе - как некое пространство.

    Закройте глаза, как бы "переведите глаза на затылок", отпустите своё внимание в себя как в колодец, вслед за вниманием заполните своим осознаванием этот колодец до самого дна. Осознавание подобно воде начнет этот "колодец" наполнять, пока не заполнит целиком. Не стоит напрягаться и в тоже отслеживайте уход внимания и по-хозяйски возвращайте его обратно в себя.

    Некоторое время оставайтесь в себе. Почувствуйте удовольствие то того, что просто прислушайтесь к себе.

    Старики говорили о любой способности старики говорили так:

    - Как только способность осознал, она резко усиливается

    - Начинаешь способность использовать, она начинает раскрываться


    Самонаблюдение - это способность. Чем чаще ты её используешь, тем сильнее она раскрывается.
    В дальнейшем эту способность можно направить на СОЗЕРЦАНИЕ различных частей СЕБЯ.

    Части - это то, из чего ты состоишь. Если видишь себя только телом - это значит ты можешь созерцать своё тело и отдельно какую либо его часть (например, руки, ноги или живот). Но физическое тело - это лишь один из составов. Его так и называли телесный состав.

    Но видели еще другие составы - духовные, огненные, составы передающие управление с тонко-материальной души на физическое тело.

    В традиции эти составы изучали и видели. Сложного в этом ничего нет. Нужно овладеть своим Вниманием и научиться направлять это Внимание туда, куда раньше не направлял.

    Начинать лучше всегда с физического тела.

    Рагдай

    источник
     
    Космическая Этика » РУСЬ, СЛАВЯНЕ, БОГИ » ИЗ КНИГ РАЗНЫХ АВТОРОВ » Путь души (Из книг А Шевцова)
    Страница 1 из 11
    Поиск:


    kairaqu33


    Прочти! 1. Все используемые аудиовизуальные и текстовые материалы, ссылки на которые размещены на блоге, являются собственностью их изготовителя (владельца прав) и охраняются Законом РФ "Об авторском праве и смежных правах", а также международными правовыми конвенциями.
    2. Материалы берутся из открытых источников и предоставляются только для ознакомительного домашнего просмотра.
    3. Ресурс не распространяет и не хранит электронные версии материалов.  Коммерческое использование возможно после получения согласия правообладателя.
    4.
    Авторам! Если Вы являетесь обладателем авторских прав на материал и против его использования на блоге, пожалуйста, свяжитесь с нами

      

    Copyright MyCorp © 2017