| КОСМИЧЕСКАЯ ЭТИКА - Рассвет Сварога |
| Суббота, 10.01.2026, 10:37 |
|
|
Приветствую Вас Гость | RSS
|
|
|
|
АНАЛИТИКА
|
|
| маша | Дата: Воскресенье, 29.06.2025, 22:46 | Сообщение # 46 |
|
Философ
Группа: Модераторы
Сообщений: 1282
Статус: Убежал
| Джеймс Джордано: мозг — это поле боя. Не метафора
"НАТО официально: поле боя XXI века — человеческий мозг" - (начало)
Продолжаю анализ доклада с симпозиума НАТО 2021 по когнитивным войнам.
Начну рассказывать об идеологах когнитивной войны НАТО.
«Мозг — это поле боя будущего. Те, кто научатся воздействовать на нейропсихологические процессы раньше других, будут диктовать правила в XXI веке»
— профессор Джеймс Джордано, лекция в Военной академии Вест-Пойнт, 2018
Сегодня уже не важно, кто лучше стреляет.
Важно — кто раньше проник в структуру принятия решений.
А структура эта — не в штабе и не в законе. Она в головах.
Джеймс Джордано — нейроэтик, профессор Джорджтаунского университета, консультант Пентагона и НАТО. Один из тех, кто не просто размышлял, а системно заложил основы новой войны — нейротехнологической. Его формулы уже не теоретические, они — операционные и легли в основу доклада НАТО 2021 года по когнитивной войне.
Что такое когнитивная война?
Для начала надо понимать, что это не спор, и не пропаганда, и не реклама.
Это — действие на мозг человека как на систему управления.
Когнитивная война — это:
— нейровоздействие (pharmacological, электромагнитное, поведенческое);
— перехват процесса осмысления: не разрушить, а перенастроить восприятие;
— вмешательство в лимбическую систему: страх, отвращение, ощущение собственной правоты или вины — всё это может быть наведено искусственно;
— информационно-нейронная атака: когда человек считает, что мысль своя, хотя она была вызвана внешним стимулом.
Если проще: не нужно убеждать, надо изменить траекторию мышления; не надо насилие, достаточно перегрузки, страха или выученной беспомощности, не надо лжи, достаточно управляемой эмоции.
Технологии, которые это делают:
— поведенческие нейроинтервенции;
— фармакология, действующая не на тело, а на выбор;
— транскраниальная стимуляция и микросигналы, вызывающие тревожность, отвращение или сомнение;
— нейроинтерфейсы, встроенные в систему командования;
— и главное — алгоритмы, строящие привычку реагировать, а не размышлять.
И снова проще:
— можно стимулировать лимбическую систему, чтобы вызвать страх;
— можно перегрузить префронтальную кору, чтобы снизить критичность;
— можно через ИИ и поведенческий анализ создавать иллюзию, что мысль — своя, хотя она вызвана извне.
Джордано не скрывает сути:
«NeuroS/T — это не будущее, а настоящее. Это уже не теория, а инструмент управления массами, разведки и обороны».
И добавляет: побеждает не тот, кто понимает нейронауку, а тот, кто использует её раньше других.
Примеры:
— программа DARPA, в которой бойцу передаётся визуальное предупреждение напрямую в мозг;
— кейс американских дипломатов в Гаване, где возможное нейровоздействие вызвало сбои в восприятии;
— концепции суперсолдат, где внимание, память и мотивация усиливаются искусственно;
и, наконец, реальные разработки, где сомнение, растерянность и потеря воли вызываются без слова, без выстрела, без приказа.
Нейровооружение не всегда убивает. Чаще оно переводит человека в режим наблюдателя. То есть человек есть, но воля подавлена, он говорит, но это не его слова и мысли, а мыслит он не свободно, а по заданному алгоритму или ритму.
❗️НАТО в своём докладе повторяет:
«Когнитивная война — это не атака на убеждение. Это атака на саму способность мыслить».
То есть, НАТО превращает нейроэтику в нейровласть. Мозг же превращают не в орган, а в поле боя, а человек — не субъект войны, а нейронный носитель, через которого атака переходит в следующие уровни: на человек, на семью, на социальную группу, на страну.
Большинство не заметит выстрела. Человек из большинство просто однажды подумает, что устал, что не важно, что «всё равно ничего не изменить».
И именно в этот момент и произойдёт главное: ты не проиграешь войну, ты будешь снят с поля боя ещё до начала конфликта.
В этом и есть один из смыслов когнитивной воны. И те, кто не захочет вникать, изучать, чувствовать — в какой-то момент будут исключены, при этом, они будут считать, что сделали это самостоятельно.
Жаль, что большинство это не поймет и не захочет понимать, потому что их уже исключили.
Роман Алехин
https://vizitnlo.ru/dzhejms-dzhordano-mozg-eto-pole-boya-ne-metafora/
|
| |
| |
| Макошь | Дата: Суббота, 19.07.2025, 20:35 | Сообщение # 47 |
МАГ
Группа: Админы
Сообщений: 25285
Статус: Убежал
| Тайные войны элит и призрак краха систем: почему «мировое правительство» уничтожает Россию
В дорогом московском стейк-хаусе Goodman интеллектуалы Михаил Хазин, Малек Дудаков и Игорь Каргин ведут разговор, от которого стынет кровь.
Они говорят о «кукловодах», войне элит и неминуемом крахе нашей цивилизации.
Это не конспирологический шепот в подполье.
Это откровенный разговор интеллектуалов, знающих кухню мировой власти изнутри.
И каждое их слово — как удар молота по хрупкому стеклу нашего привычного мира.
Вопрос, взорвавший тишину
Игорь Каргин, медийное лицо, известное умением ставить неудобные вопросы, задает вопрос известному экономисту Михаилу Хазину.
«Миша, — начинает Каргин, и его голос, обычно ироничный, звучит необычно серьезно. — Все кругом твердят про «мировое правительство», «глубинное государство», «хозяев денег». От кухонь до кулуаров Думы. Ты всю жизнь изучаешь системы. Скажи честно: это бред маргиналов или… диагноз нашего времени?».
Хазин, экономист с лицом уставшего пророка и репутацией человека, знавшего тайные пружины власти еще в ельцинской Администрации Президента, медленно подбирает слова.
«Игорь, это не бред, — наконец говорит он. — Но это и не «теория заговора» в духе плохих триллеров. Речь о глобальном управлении рисками. Существует группа… назови их «Они», «золотой миллиард», «хозяева дискурса»… не суть. Это неформальная сеть, элита элит, чьи интересы транснациональны. Их власть — не в танках, а в контроле над финансовыми потоками, ключевыми СМИ, идеологическими институтами. И их главная, единственная цель — сохранить «систему», которая дала им эту власть и богатство. Любая реальная альтернатива этой системе, любая сила, способная предложить иное мироустройство, для них — экзистенциальная угроза. Они будут давить ее любыми средствами. Это не злой умысел, это инстинкт самосохранения паразита, вросшего в тело глобальной экономики».
Малек Дудаков, политолог с аналитическим складом ума и глубоким знанием кремлевских раскладов, поправляет очки. Его взгляд переходит от Хазина к Каргину.
«Михаил Леонидович говорит о фундаменте, — подхватывает Дудаков. — А теперь приложите эту схему к России. Почему именно мы — главная мишень? Потому что в России произошел раскол внутри правящего класса, который поставил под угрозу их глобальный контроль».
«Финансисты» vs «Силовики»: война в сердце Кремля
Дудаков разворачивает перед незримыми слушателями карту внутренней войны, невидимой миру, но определяющей судьбу России:
«Представьте два лагеря. Первый — «Финансисты»: Усманов, Дерипаска, Фридман, Авен… Их капиталы глубоко интегрированы в западную финансовую систему. Их виллы — в Лондоне и Ницце, дети учатся в Оксфорде и Йеле. Их идеал? Статус комфортных региональных менеджеров «золотого миллиарда». Их лоббирование? Постепенная интеграция России в западную орбиту на условиях периферии, поставщика ресурсов. Они говорили на языке, понятном «Им».
Хазин кивает, дополняя:
«Их сила была огромна в «лихие девяностые» и «нулевые». Они считали, что так будет всегда. Они недооценили…»
«…Недооценили второй лагерь — «Силовиков», — продолжает Дудаков. — Это не только генералы ФСБ или армии. Это выходцы из силовых структур, ВПК, руководители госкорпораций вроде Сечина, Ротенбергов. Их опора — не биржевые котировки, а государственная машина, силовой аппарат, контроль над стратегическими ресурсами. Их идеология — не глобализм, а «суверенитет». Сильная, независимая Россия как центр силы в многополярном мире. Их не устраивала роль младшего партнера. Они хотели своего стола в игре, а лучше — своего казино».
Каргин вскидывает бровь:
«И Путин? Он где в этом раскладе?»
Хазин отвечает первым:
«Путин — арбитр. И поле битвы. Весь период его правления — это перманентная война между этими двумя группами за влияние на него, за контроль над ключевыми решениями. Баланс сил постоянно колебался».
Дудаков добавляет ключевую деталь:
«Перелом наступил в 2014-м. Крым. Донбасс. Санкции. Это не было спонтанным решением «сгоряча». Это была «победа» группы «силовиков». Они убедили или заставили арбитра сделать ставку на суверенитет, на силовой сценарий. «Финансисты» были отодвинуты от рычагов реальной власти, их международные связи превратились из актива в обузу. Для «них», для глобальной элиты, это был красный флаг. Россия под контролем «силовиков» перестала быть управляемым элементом «их» системы. Она стала живым доказательством того, что альтернатива «возможна». А это — смертный приговор их монополии на будущее».
Украина: геополитический нож в спину Системы
Игорь Каргин задает вопрос, который режет воздух, как лезвие:
«Тогда что такое Украина сейчас? Невинная жертва? Или…?»
Михаил Хазин отвечает вполне однозначно:
«Украина, Игорь, это «инструмент». Высокоточное оружие в руках «них» против России «силовиков». Цель не помочь Украине. Цель — уничтожить или максимально ослабить Россию как носителя идеи суверенности, как угрозу их глобальному господству. Вернуть к власти «финансистов», которые снова встроят страну в их систему на колониальных началах, или, если не получится, расчленить ее, превратить в нежизнеспособный конгломерат слабых государств. Война на Украине — это война «них» против российской модели, которую они не могут контролировать. Это война на уничтожение альтернативы».
Дудаков подхватывает, его анализ звучит как сводка с фронта невидимой войны:
«Санкции, беспрецедентные по масштабу и жестокости? — Инструмент давления. Потоки оружия в Киев? — Инструмент ослабления. Информационная война, демонизация всего русского? — Инструмент изоляции и подрыва легитимности. Они играют в долгую. Их ставка — на истощение. На то, что экономика не выдержит, что народ устанет, что элита «силовиков» дрогнет под давлением, расколется, и тогда можно будет поставить у власти управляемых «финансистов» или их аналог. Они готовы платить любую цену, лишь бы сохранить свою систему, даже если эта цена — десятки, сотни тысяч жизней на украинской земле».
Каргин качает головой, в его голосе — смесь неверия и ужаса:
«Но разве они не видят, что их собственная система трещит по швам? Инфляция, долги, социальный взрыв в Европе, кризис легитимности в Штатах? Разве это не признаки агонии?»
Агония Титанов: крах как единственная уверенность
Хазин отвечает не сразу:
«Они видят, Игорь. Они видят лучше нас. И именно поэтому они так «отчаянны». А отчаяние делает их опасными до безумия. Их система — эта либерально-финансовая глобалистская модель — действительно умирает. Она исчерпала ресурсы роста. Она держится на бесконечных долгах, на печатном станке, на эксплуатации периферии. Она биологически нежизнеспособна. Но они не сдадутся. Они будут цепляться за власть до последнего. И для ее сохранения они готовы развязать «мировую войну». Спровоцировать голод в Африке. Обрушить экономики. Разрушить экологию. Утопить мир в хаосе. Потому что в хаосе, в «после нас хоть потоп», у них есть шанс удержать хоть часть своего влияния, переформатировать управление. А если не получится… Они утащат за собой в могилу как можно больше. Это логика смертельно раненного зверя, обладающего ядерной дубинкой».
Дудаков добавляет:
«Хазин прав в главном: крах их системы неизбежен. Математика, экономика, экология — все кричит об этом. Но их борьба за отсрочку, за сохранение статус-кво любой ценой «катастрофически ускоряет» этот крах и делает его неизбежно более разрушительным. Они оттягивают конец, но тем самым гарантируют, что он будет страшным. Вопрос не в том, «рухнет» ли старая система. Вопрос в том, «что» и «кто» уцелеет в ее обломках, и кто будет определять правила новой игры. Будут ли это уцелевшие остатки «них», сумевшие адаптироваться? Или новые силы, рожденные в хаосе? И какой ценой заплатит за это перерождение обычный человек в России, в Европе, в Азии?»
«Значит, мы все — заложники агонии титанов? Зрители в первом ряду театра абсурда, где спектакль закончится всеобщим пожаром?» - обращается к собеседникам Каргин.
Финальные слова Хазина звучат как эпитафия эпохе:
«Мы не заложники, Игорь. Мы — участники. Пусть и с разной степенью влияния. Мы — свидетели конца одной великой иллюзии и мучительного рождения чего-то нового. Ставка в этой игре — не чьи-то геополитические амбиции. Ставка — выживание человеческой цивилизации в том виде, в каком мы ее знаем. Игнорировать это — значит обрекать себя на роль жертвы. Понимать — значит хотя бы пытаться искать выход. Пусть даже в кромешной тьме».
Эта дискуссия в Goodman — не просто частное мнение трех интеллектуалов. Это симптом глубокого осознания кризиса теми, кто видит его корни. Их диагноз беспощаден:
«Они» существуют: Глобальная элита, ставящая сохранение своей власти и системы выше любых человеческих ценностей.
Раскол Кремля — детонатор: Победа «силовиков» над «финансистами» в 2014 году сделала Россию врагом №1 для этой элиты, ибо доказала возможность независимого развития.
Украина — поле битвы Систем: Конфликт — не национальный, а геополитический, инструмент уничтожения российской модели суверенитета.
Крах Системы неизбежен, агония — смертельно опасна: либерально-финансовая глобалистская модель обречена, но ее агония угрожает миру глобальной катастрофой.
Ставка — цивилизация: Ррчь идет не о победе одной страны над другой, а о том, выживет ли человечество в процессе крушения старого миропорядка и рождения нового.
Вопрос, оставшийся висеть в сигарном дыму Goodman:
Есть ли у человечества шанс перехватить инициативу у «хозяев гибнущей системы», или мы обречены быть лишь статистами в их последней, смертельной игре?
Ответа нет.
Но игнорировать предупреждение, прозвучавшее за тем столиком, — все равно что смотреть в лицо урагану и отрицать его существование. Пока камера была включена, правда, страшная и неудобная, прорвалась сквозь стены.
ТЕМА. ГЛАВНОЕ
|
| |
| |
| маша | Дата: Понедельник, 25.08.2025, 13:19 | Сообщение # 48 |
|
Философ
Группа: Модераторы
Сообщений: 1282
Статус: Убежал
| За что сражаются англосаксы?
Англосаксонская империя (Британия + США + всякие Канады и Австралии) уже более 500 лет живет не по средствам, то есть зарабатывает гораздо меньше, чем тратит.
Для того, чтобы поддерживать такой режим существования, англосаксам постоянно необходимо кого-то грабить.
Сегодня они распаковали предпоследнюю консерву — Европу.
Из значимых клиентов остался только Китай.
Англосаксы не считают Китай противником. Они помнят, что Поднебесная за всю свою историю не выиграла ни одной войны.
Помнят это и китайцы, поэтому изо всех сил стараются перенаправить энергию грабителей на Россию. Англосаксы им в этом активно подыгрывают, ибо и сами совсем не собираются сворачивать антироссийский проект, как бы российские трампофилы ни говорили обратное.
Отношение англосаксов к России сформулировано Маккиндером в начале ХХ века - «Кто владеет Хартлендом, тот владеет миром». Сложилась такая парадигма всё гораздо раньше: англосаксы унаследовали антирусскую доктрину от Ватикана, с ХIII века настойчиво посылавшего крестовые походы «нах Остен».
Отношение к русским озвучено Железной Маргарет и хохотушкой Олбрайт и ничем не отличается от антисемитской политики III Рейха по отношению к евреям.
Англосаксы считают: если нагнуть, обмануть, каким-либо другим способом поставить под контроль Россию, спелый китайский персик сам упадет в руки без дополнительных усилий. Именно поэтому они так настойчивы и не собираются сворачивать свою активность на западных рубежах РФ, как бы ни ванговали обратное фанаты темы «США уходит из Европы». Никуда они не уходят. Наоборот — окапываются и укрепляются.
Они сделали в начале 90х рывок на восток, после чего 30 лет старательно переваривали добычу. В этом году они постараются закрепить колониальные приобретения договорами с ограбленной Россией. Знаете ситуацию, когда угонщики машины пытаются продать её владельцу? Именно этот процесс происходит в настоящее время на Европейском ТВД, в Стамбуле и на Аляске.
Англосаксы уговаривают Кремль согласиться на 1/10 часть уже отвоеванных у НАТО территорий в обмен на признание остальных 9/10 абсолютной и неделимой собственностью Запада. Было ваше — стало наше, давайте закрепим статус-кво документально! Они уже дважды проворачивали такой кунштюк, почему бы не исполнить «на бис»?
Как правильно есть «русского слона»?
Слона нельзя есть целиком сразу — подавишься. А вот если отрезать понемножку и частями — тогда и самому приятно, и даже, вы не поверите, для слона не так трагично..
Первый раз эту фразу я услышал от преподавателя истории в США, который именно этим выражением характеризовал стратегию Британской империи в отношении России после Крымской войны, и которую она последовательно и очень успешно реализует по настоящее время.
Состоит стратегия из четырёх последовательных шагов:
1. Объявление территории России нероссийской
2. Изобретение и поощрение местной русофобии
3. Маргинализация и вытеснение любыми способами местных русских
4. Фиксация положения и переход к поеданию следующего «куска слона»
Ну а теперь каждый из вас может спокойно разложить пасьянс этой стратегии и оценить, насколько последовательно вышибались Россия и русские с территории бывшей империи. Причем оцените, сколь грамотно и последовательно действовали «наши западные партнеры»:
Сейчас ни один из русских даже помыслить не может, что Польша и Финляндия — это часть России. Всего одного поколения хватило, чтобы вычистить даже саму мысль об этом вместе с русским населением, которое присутствовало на данных территориях.
После 1917 англосаксы отгрызли Финляндию, Польшу, Прибалтику, часть Кавказа, КВЖД, после 1991-го добавили сюда Среднюю Азию, Белоруссию и Украину. Теперь срочно-срочно надо всё это отполировать «маленькой победоносной войной».
Методика с войной опробованная. Каждый оторванный от России кусок англосаксы превращают в Антироссию и натравливают на клятых москалей, после чего процесс считается необратимым. Польша и советско-польская война, Финляндия и советско-финская, а теперь вот Украина и находящиеся на низком старте прибалты, азиаты и «великий» Азербайджан как бы намекают на некоторую шаблонность поведения.
О шаблонности и вообще о психологии англосаксов — особо и отдельно.
Их психология. Как думают англосаксы.
В середине 90-х учился сначала в Британии, потом в США. С их точки зрения, время было вегетарианское. Англосаксонские учителя после распада СССР чуток расслабились и выбалтывали гораздо больше, чем позволяют себе сейчас.
Циничность, которую они закладывают в самые основы предпринимательства, я так и не смог переварить. Не получилось применять их методики на практике, наверно, поэтому так и не заработал свой «миллиард».
Если конкурента (соседа) можно убить и сожрать — его надо убить и сожрать. Такой эффективный способ существования предлагается на самом первом занятии по маркетингу. «Помните! — вещают гуру МВА — мечта ваших конкурентов — увидеть вас в гробу! Не давайте им осуществить эту мечту! Бейте первым!»
Сначала думаешь, что всё это нагнетание — фигуральное, но по истечении первого года учёбы понимаешь: нет, всё по-настоящему. «Сдохни ты сегодня, а я — завтра» — это ещё одна максима, перенесённая в англосаксонскую политику… Или оттуда — в бизнес… Неважно.
Того, кого не получается убить, полагается обмануть. Помните, в 2022-24-м году англосаксы заходились от предвкушения «уничтожить Россию на поле боя»? Не получилось. Значит переходим к плану «Б». Именно его реализует рыжий Донни. Он, типа, «хороший полицейский» и надо успеть с ним договориться, иначе придет «плохой». Чума на оба ваших дома!
Повторю ещё раз ради закрепления материала: в системе англосаксонских бизнес-координат, в самом фундаменте деловых отношений, договариваться, не имея цели обмануть партнера, является показателем полной профнепригодности. Обманывать надо даже тогда, когда это не приносит какого-либо явного профита, хотя бы ради того, чтобы все знали, насколько ты крут и непобедим. Давайте не забывать об этом особенно сейчас, наблюдая за «шагами доброй воли» рыжего шоумена.
Англосаксы обожают шаблоны. Каждый алгоритм, приведший к успеху, они скрупулезно описывают и старательно воспроизводят, невзирая на изменившиеся стартовые условия и внешний фон своих действий. Если один раз получилось, значит должно получится и второй. И они будут пробовать, пока не добьются или пока не сдохнут.
Drang nach Osten.
В 1988-1991 году чисто мошенническим путём они заставили СССР и Россию отказаться от завоеваний своих предков и самораспуститься, ибо «это единственный путь к мирному светлому будущему».
На Балтике были аннулированы все завоевания Ивана Грозного и Петра Первого — Россия оказалась в тех же границах, где она была в XVI веке. В Северном Причерноморье и на Кавказе Россия была отброшена в доекатерининские времена.
Закрепившись на занятых рубежах, англосаксы уже готовят новую войну. Европа в срочном порядке восстанавливает военную промышленность и даже не скрывает, что цель спешной реиндустриализации — война с Россией.
Площадь строящихся военных объектов достигла 7 млн м², что в три раза выше уровня до войны на Украине, пишет Financial Times. Анализ тысячи спутниковых снимков ESA выявил 150 объектов 37 концернов, активно расширяющих мощности.
Главный драйвер — программа ЕС ASAP, направленная на выпуск боеприпасов и ракет. На 88 объектах застройка выросла с 790 тыс. м² в 2020/21 до 2,8 млн м² в 2024/25. В Венгрии Rheinmetall совместно с N7 Holding строит мега-завод, который к 2027 году будет производить 1,1 млн 155-мм снарядов в год против 70 тыс. в 2022-м.
В Норвегии концерн Kongsberg открыл новый ракетный завод, финская Nammo расширяет мощности в Вихтавуори, а британская BAE Systems увеличивает выпуск 155-мм снарядов в 16 раз. Еврокомиссия готовит новую программу, чтобы дополнить ASAP и стимулировать производство ракет, дронов и систем ПВО.
То, что всё это приведёт к физическому уничтожению Европы, англосаксов не волнует. Лишь бы до них не долетело. А в том, что до них не долетит, мы их убеждаем все последние 80 лет. И они поверили — не решимся, не сможем, не хватит духа.
На чем сердце успокоится?
В самом начале этой статьи подчеркнул, что фундаментальная проблема англосаксов — жизнь не по средствам. Именно этот фактор делает их таким агрессивным и неразборчивым в целях. «Хочешь жрать — умей вертеться!» Вот они и вертятся, как могут, как умеют.
Именно поэтому пытаться с ними договориться бесполезно. С точки зрения англосаксов, с ними хочет договориться о мире и дружбе бифштекс, который они уже поджарили, полили соусом, подали на стол и теперь активно выделяют слюну и желудочный сок.
Так что mission impossible. Мы не можем заставить их жить по средствам. Они не перестанут хватать и жрать всё, до чего могут дотянуться. Англосаксы — второй Хазарский каганат, который легче уничтожить, чем убедить не лезть к нам со столовыми приборами.
Они видят в России не только консерву с вкусной и здоровой пищей, но и консервный нож для вскрытия Индокитая и поэтому будут продолжать долбиться о кремлёвские стены пока они не падут или пока не разобьют очередной раз себе лоб, очень надеюсь, что на этот раз — насмерть.
Всё написанное выше целиком и полностью подтвердил рыжий шоумен Трамп на встрече с просроченным наркоманом и европодтанцовкой:
NYT (18.08.2025):
«Одна из концепций предполагает создание полноценных «миротворческих сил», предположительно вооружённых, которые будут дополнять украинскую армию.»
Трамп:
«Мы говорили о гарантиях безопасности, и Европа будет первой линией обороны Украины, и мы будем в этом участвовать.»
Они будут участвовать. Они никуда не уходят. А значит — война продолжится. Украина — это только бикфордов шнур. Скоро он догорит и тогда грохнет по-настоящему.
источник
|
| |
| |
| маша | Дата: Среда, 27.08.2025, 10:08 | Сообщение # 49 |
|
Философ
Группа: Модераторы
Сообщений: 1282
Статус: Убежал
| Европе жизненно необходим конфликт на Украине. И вот зачем
Власти ЕС предпочли бы, чтобы Украина оставалась полем битвы долгие годы, пишет AT.
Европейская политическая элита оправдывает крах своих экономик вооруженным конфликтом, вместо того чтобы признать, что благополучие континента полетело в тартарары из-за “зеленого” тоталитаризма и бесконтрольной миграции.
Джей Би Шурк
Я люблю тебя, но не всем сердцем. Можешь не возвращаться домой, но здесь тебе оставаться тоже нельзя.
Можешь продолжать сражаться дальше, военный президент Зеленский, но американский народ за тобой в третью мировую войну не пойдет.
Как бы сладко ни звучала первая половина предложения, эти “но” меняют смысл на корню в мгновение ока.
Президент Трамп явственно дал понять, что хочет положить конец украинскому конфликту, но окончательное решение за Зеленским. Когда боевые действия только вспыхнули, 73% украинцев жаждали воевать с Россией до полной победы, но теперь 69% хотят, чтобы боевые действия закончились как можно скорее и за столом переговоров.
Возможно, именно поэтому “Зе” согласился встретиться с президентом Трампом в Вашингтоне. Ходили слухи, что американские чиновники уговаривали бывшего юмориста снять свою военную форму и облачиться ради такого случая в настоящий костюм, но не преуспели: президент все же предпочел черный военный френч. Парень, игравший на пианино своим членом, по-прежнему смотрится в Белом доме как неприкаянный, но оделся так, словно явился на собственные похороны.
После возвращения номинального главы украинского правительства в Белый дом в окружении целой свиты европейских шишек, готовых вмешаться при первой же возможности, мы наконец узнаем, возможен ли мир между Россией и Украиной. В США и по всей Европе есть множество влиятельных людей, которые предпочли бы, чтобы Украина оставалась полем битвы на долгие годы вперед.
Ради чего?
Задержавшись на президентском посту на полтора года дольше отпущенного срока, Зеленский, может, и принесет мир в свою разоренную страну, но его сместят с должности, как только военное положение будет отменено.
Премьер-министр Великобритании Кир Стармер, президент Франции Эммануэль Макрон, канцлер Германии Фридрих Мерц и председатель Европейской комиссии Урсула фон дер Ляйен могут на все лады твердить о своем стремлении к прочному миру в Европе, но ни за что не откажутся от российского жупела, поскольку им нужен козел отпущения и отвлекающий маневр для соотечественников, которых они приносят на заклание ради иммиграции, цензуры и коммунизма под соусом “перемены климата”.
Всемирный экономический форум, ООН и другие уважаемые организации, якобы радеющие за глобальное благосостояние, будут приветствовать прекращение кровопролития, но все их адепты депопуляции явно будут скорбеть по утраченной горячей точке, где умирает гораздо больше, чем рождается.
BlackRock, J.P. Morgan и другие международные инвестиционные дома будут счастливы подзаработать на прибыльных проектах по восстановлению Украины, но будут сетовать, что опосредованная война так и не свергла президента Путина и не открыла обширные российские земли для их корыстных помыслов.
Производители оружия будут рады высокому спросу со стороны американских и европейских военных, судорожно пытающихся пополнить арсеналы, которые они несколько лет кряду опустошали ради Украины, но их советы директоров тут же ринутся искать на земном шаре новые места, где льется кровь, — такова беспощадная природа военного бизнеса.
Так что в ближайшие несколько дней и недель мы наверняка увидим радостные лица и услышим ликующие возгласы на фоне забрезжившего на Украине мира, но за кулисами будет стоять целая толпа хмурых мерзавцев, которые будут тешить себя надеждой, что шаткий мир рухнет и бойня возобновится.
Влиятельные европейские и китайские игроки, которые давно видели в опосредованной войне между Россией и США возможность ослабить обоих сразу, будут говорить “правильные” вещи и радостно нахваливать компромиссы у себя в соцсетях, но в душе они будут скорбеть по администрации Байдена, которая ставила Америку на последнее место и безрассудно ввязывалась конфликты, чреватые ядерной войной. Разведки по всему Западу могут на время свернуть свою деятельность по разжиганию “цветных революций” на Украине, и этого даже хватит чтобы усадить в президентское кресло очередную марионетку, но благополучно продолжат свои операции по гибридной войне в бывших странах Варшавского договора.
Лондонские и нью-йоркские банкиры вернут российским гражданам доступ к своим зарубежным активам, но западные центральные банки продолжат денежно-кредитную политику, которая вызовет в пострадавших странах достаточно внутренних потрясений, чтобы в самое ближайшее время вернуть Запад в состояние войны. В своих речах все будут превозносить и славословить мир, но в мире большого бизнеса война сулит барыши.
Война — не просто большой бизнес, но и удобный отвлекающий маневр в большой политике.
В сочетании с неослабной борьбой демократов с дешевыми углеводородными источниками запуск печатного станка для вредоносных подачек “своим” и их “придворным” разогнал инфляцию и удвоил цены на продукты. Как же демократы объяснили катастрофические экономические последствия своей политики бедствующим американским семьям? Просто обвинили во всем Россию (как все последнее десятилетие) и назвали скачок цен “путинским”.
Разумеется, продукты, топливо и предметы первой необходимости резко подорожали при бездарной администрации Байдена, но во всем повинна Россия, Россия, и еще раз Россия! Американцам даже внушали, что пухнущие счета за коммунальные услуги — это такая особо патриотическая форма мучений, которые необходимо пережить ради необъявленного союза с Украиной против России. Сначала демократы обвинили в поражении Хиллари на выборах 2016 года вымышленных российских ботов и надуманный “русский сговор”. Затем списали резкий скачок цен на российскую спецоперацию на Украине.
Ту же циничную игру против своих граждан затеяла Европа. Вместо того, чтобы признать, что “зеленый” тоталитаризм подрывает промышленную конкурентоспособность континента и благосостояние семей, лживые политиканы сваливают крах своих экономик на украинский конфликт. Разумеется, дороговизна энергоносителей по всей Европе связана и с неэффективными санкциями против российских энергетических компаний (которые просто перенаправили свою продукцию в Китай и страны Глобального Юга), и с “удобно” подвернувшейся диверсией на трубопроводах “Северный поток”, и с атаками Украины на ключевые трубопроводы, по которым российские нефть и газ качаются в дома Венгрии, Словакии и других европейских стран.
Чем дороже становятся повседневные товары, тем громче еврократы вопят, что проблема не “зеленой” энергетике, а в российской спецоперации!
Европейским политикам украинский конфликт выгоден по множеству причин.
Он позволяет странам, которые и так в долгах как в шелках, занять еще больше денег на оборону.
Он создает образ общего врага, которого Европейская комиссия стращает до смерти, лишая страны остатков национального суверенитета.
Он отвлекает внимание от обострившихся социальных конфликтов, связанных с разгулом нелегальной иммиграции.
Он дает предлог отменять “неудобные” результаты выборов (например, в Румынии) и запрещать популярные политические партии ради национальной безопасности.
Он позволяет правящей элите ужесточать контроль над европейской бюрократией. Как любят приговаривать американские демократы и европейские социалисты: “Негоже, чтобы хороший кризис пропадал зазря”.
Превращая Россию в неисправимого злодея и пугало, а Украину — в священный оплот “демократии”, достойный жертвы каждого европейца, они дошли до того, что позабыли истинные проблемы Европы. Серьезные люди могут сколько угодно предупреждать о надвигающейся в Великобритании гражданской войне, но единственное, что имеет значение, — это территориальная целостность Украины.
Во Франции по необъяснимым причинам полыхают церкви, но реальная угроза — это русские. Экономика Германии дышит на ладан, но военные расходы создадут рабочие места.
Американцы и европейцы должны требовать прекращения кровопролития на Украине, но многие политики и банкиры будут разочарованы таким исходом. Скорее всего, эта опосредованная война продолжалась бы еще много лет. Но, к счастью, американский народ выбрал президента Трампа.
Спасибо магистру наук Меган Дрейпер
Оригинал статьи
ИНОСМИ
|
| |
| |
| Сева | Дата: Понедельник, 17.11.2025, 16:40 | Сообщение # 50 |
|
Философ
Группа: Модераторы
Сообщений: 1679
Статус: Убежал
| Система. Проблемы и парадоксы Системы власти в России.
Цикл Детей Арбата.
Матрица – это Система. В нашем новом цикле мы задались оптимистичной целью – показать графически, как выстроена Система, узнать мнение других каналов на этот счёт, а в дальнейшем рассказать о людях, которые так безнадежно зависимы от Системы, что будут драться за неё.
Система, как неизбежное явление, тождественно связана с именем Владимира Путина.
Феномен «путинизма» – это проявившийся функциональный ответ на вызовы постсоветской модели, однако спустя четверть века Система более не имеет ни одного незаменимого человека.
Тетраэдр Системы – это лишь упрощенный взгляд, вобравший в себя принцип циркулирования политического импульса 2000-го года. Вершина «Гарант» опирается на три столпа: Силу, Ресурс и Государство.
На вершине Государства находится удерживающий элемент Системы – элита. После развала СССР элита на короткое время стала истеблишментом, а после появления ельцинской Семьи преобразовалась в номенклатуру. В неё делегируются представители всех трёх вершин, здесь крупные бизнесмены, ведущие политики, высшие силовики, министры, главы корпораций и их родственники (суммарно порядка 10 тысяч человек).
Номенклатура владеет 80% всего ресурса, управляет государственной политикой и отвечает за политическую надстройку. От действия или бездействия Государства, в лице Правительства, ГД, СФ, АП, губернаторов и тд. зависит воля Гаранта и степень сдерживания им силовой корпорации.
Сила: ВС РФ, ФСБ, ФСО, СВР, Росгвардия и др. Со времён зачистки семибанкирщины Сила держит под контролем Ресурс. Аппарат принуждения и подавления работает по точечному запросу, регулируя давление на население и бизнес. Удаленность Силы от распределении финансовых потоков позволяет сдерживать страну от военных мятежей, разграбления и огульного бандитизма.
Ресурс всегда находится в позиции отдающего. Полностью обеспечивает существование Государства и Силы. Несмотря на замкнутость тетраэдра, Ресурс не имеет прямой связи с Гарантом, отсюда возникает ситуация постоянного «сломанного телефона», ведь вся информация от Ресурса доходит только с разрешения Государства.
На практике Система работает так: государству нужны ресурсы, но в каком объеме они дойдут, зависит от участия силовиков. Силовикам тоже нужны ресурсы, но они получают их только после насыщения государства и номенклатуры. Государство оформляет волю Гаранта, легитимизирует функционирование власти и только после этого по остаточному принципу отдает часть ресурса силе. Парадокс, но если Силе не хватает отданного Государством – давление на Ресурс уменьшается, тогда и Государство начинает получать меньше, в чём не заинтересована номенклатура. Здесь между народом и армией стоит преграда в лице чиновников.
За 2024 в России возбуждено 38500 уголовных дел по фактам коррупции, в этом году показатель скорее всего будет ещё выше. Однако реальные владельцы обозначенных 80% доходов Ресурса всегда находят способ избежать ответственности. Если Гарант даёт поручения и отвечает за баланс интересов, Сила отвечает за защиту интересов страны, но из-за недофинансирования чаще представителей номенклатуры, а Ресурс обслуживает интересы, то Государство и но2менклатура отвечают за выполнение поручений и распределение прибыли. При этом, всё больше представителей но2менклатуры не выполняют даже отведенную им в рамках Системы задачу, а саботаж поручений элитами и их отрыв от народа становится главной уязвимостью для страны.
@arbat
*
Канал визионера в цикле «Система» Детей Арбата
Если видеть в этой Системе не Центр, а некую Форму – власть, которая структурирует, стягивает аморфный социум как субстрат, то выводить её только из Путина, исключая тем самым историю, корни, архетипы, ментальности и т.п. было бы наивно. Зато сильно упрощает схематизацию. Так что ок.
Но начнем всё-таки издалека – с отсутствующего в текущем дискурсе, но присутствующего в типической модели любой империи, коей теперь снова является Россия– с «мандата Неба». Пока Правитель сохраняет харизму, ореол «славы» (фарр в арийской Авесте), удачу для своего народа и плодородие для своей земли, он – помазанник Божий и т.п. Утратив его – он теряет и престол (да и жизнь). Извечная проблема России, вечного «подростка» – как раз отсутствие легального инструмента смены божественного Правителя-Царя, и это не столько выборы, сколько авторитетное/элитное священство, главная политическая функция которого – объявление «анафемы» верховной власти-банкроту. В итоге дело правильной смены власти затягивается и выходит трагически много бардака и крови. Зрелые страны это иначе решают.
Казалось бы Небо это лишь фон Системы-Земли. Но без этого ореола её центр отрывается от источника, он кастрирован смыслом и неизбежно теряет баланс. Правитель становится блудным сыном и самозванцем, случайным найденышем, играющим роль наследника. Поэтому нельзя выключать из Системы Небо. Наоборот, с него надо начинать. В безбожной нынешней Системе РФ роль её источника играет абстрактный, вечный русский «народ». Когда его считают «ресурсом», как сейчас — это признак скорого катаклизма и «последних времен» очередной Системы. Когда Путин говорит, что «с нами Бог» — это, напротив, признак возвращения надежды на иной исход.
Важнейшей особенностью Системы РФ является слабость её элиты, то есть управленческая, организационная слабость самой системы, «мозгами» которой элита является. Это создает иллюзию абсолютизма верховной власти, с одной стороны, и постоянную тягу к погрому «такой» элиты снизу (опричнина и т.п.) — с другой.
На самом деле любой страной и государством правят именно элиты и в этом смысле они не могут быть «слабыми» сами по себе. Слабыми их делает отсутствие субъектности, разобщенность, фактическое отсутствие элитного сообщества страны, нации.
Так, Системой РФ реально (на земле) правят четыре элитные «партии», а не Путин. Президент не Бог, а обычный капитан корабля, лавирующий между его командами– элитными кланами. Двор Путина, обслуга капитана, не может их заменить. Поэтому и создается ситуация, когда страной не правит никто, то есть прокладывать курс и следовать ему– некому. Россию несет поток событий и рулевой только и успевает, что выруливать через пороги.
Реальная политика в Системе РФ — это борьба в раскладе четырех кремлевских «партий», единственным арбитром которой выступает Путин. Канал визионера за этой борьбой, определяющей всё, и наблюдает, анализируя функционирование этой рыхлой системы.
Проблема не в разрыве связи Гарант-Ресурс (хотя он есть), ресурс не может быть субъектом связи, он– только объект. Проблема в расколе элит, в отсутствии связующего сознания у Системы, роль которого выполняют общие авторитеты, священство над элитами.
В отсутствии «Махатм Ганди» в Системе не только Путину поговорить не с кем, но и кураторам элитных «партий», лидерам кланов, ЛОМам и т.п. У Президента по крайней мере Запрос такой есть. У российского «общества», «элит» – не осознана даже сама необходимость этого…
@arbat совместно с @vizioner_rf
Проблемы и парадоксы Системы власти в России.
Когда много Башен – Неба не видно
Юрий Баранчик в цикле «Система» Детей Арбата
К сожалению, серьезные дискуссии, как это было в 2018-2022 годах, практически исчезли из Телеграм. Поэтому хотел поблагодарить «Детей Арбата» за заявленную тему и попытку вернуть серьезную дискуссию в Телеграм. Поэтому прежде, чем перейти к представлению собственного видения обозначенной темы анализа, сначала немного подискутирую с тем, что уже было довольно системно высказано камрадами по цеху.
Оба взгляда на российскую власть, при всей их кажущейся противоположности, описывают, на мой взгляд, одну и ту же реальность, просто с разных ракурсов. Первая концепция, «Детей Арбата», рисует образ жёсткого «тетраэдра» – стройной системы, где власть Гаранта покоится на трёх столпах: Силе, Государстве и Ресурсе. Эта модель впечатляет своей визуальной стройностью, но напоминает скорее официальную схему, идеализированный портрет, который система хочет себе приписать.
В нём есть внутренние противоречия: например, утверждение, что система не зависит от одного человека («Но2менклатура владеет 80% всего ресурса»), вступает в конфликт с тем, что она названа в его честь «путинизмом». А заявление об отсутствии прямой связи между Гарантом и Ресурсом плохо стыкуется с реальной практикой, где крупнейшие собственники и управленцы имеют прямой доступ к вершине власти. Парадоксально и то, что борьба с коррупцией, судя по тысячам возбуждённых дел, на самом деле, является не целью, а встроенным инструментом управления. Механизмом сдерживания одних элитных групп и непроговариваемого в рамках Системы, возможно, даже неосознаваемого ею, перераспределения активов от одних в пользу других.
Именно здесь на помощь приходит вторая концепция, «Канала визионера», которая смотрит на систему не как на статичную пирамиду, а как на динамичную игру. Она вскрывает, что за фасадом «тетраэдра» скрывается не единая воля, а постоянная борьба «партий» и групп влияния – конкурирующих элитных кланов внутри самой власти. В этой модели Гарант предстаёт не всесильным монархом, а арбитром, капитаном, лавирующим между интересами мощных команд.
Это описание куда ближе к реальной политической кухне, но и оно не описывает, на мой взгляд, достаточным образом одну из главных фундаментальных проблем (наряду с отсутствием объединяющей все вершины пирамиды идеологии и отсутствием со стороны власти запроса на справедливость) современной России (да только ли современной, если вспомнить всю нашу историю?): разобщённость элит и отсутствие у них общей национальной субъектности.
Почему именно так ставлю вопрос и что многими не осознается – поставить вопрос об идеологии может только субъект исторического процесса. А сегодня у нас в России его нет – мы до сих пор пребываем в состоянии заморозки последствий распада Советского Союза. Соответственно, если нет субъекта (его заменяет у нас ситуативная борьба Башен – кланов и групп влияния), некому и формировать идеологию.
А если нет идеологии, то находящаяся в таком организационном раздрае Система не способна вырабатывать долгосрочную стратегию. Поэтому она функционирует, будучи управляема не целями развития, а а) логикой поиска сиюминутного баланса внутри себя и б) реактивной, по большому счету, активностью на внешние вызовы и угрозы.
Второй текст верно указывает на еще один смысловой изъян всей конструкции – отсутствие «Неба». Речь, понятное дело, не идет о религии, но о сакральном фундаменте, о высшей легитимации, которая выходит за рамки простого удержания власти. Попытки системы наскоро позаимствовать его из арсенала «традиционных ценностей» для пролов, в то время как правила для элиты выглядят совершенно иначе, выглядят инструментально и потому неубедительно. В результате народ в этой схеме закономерно превращается из субъекта истории в объект управления, в пролов, или в Ресурс («новую нефть»), и народ это чувствует.
Таким образом, эти две модели не опровергают, а дополняют друг друга. Внешняя жёсткость «тетраэдра» и вертикаль нужны, чтобы сдерживать внутренний хаос конкурирующих группировок. А внутренняя борьба кланов и групп влияния, в свою очередь, не позволяет ни одному из «столпов» стать сильнее арбитра, тем самым сохраняя хрупкое равновесие системы. Конечно, так не может продолжаться бесконечно долго. Тем более, что другие мировые игроки в это время развиваются, и некоторые – семимильными шагами. И они захватывают наши внутренние рынки.
Например, около 55-60% автомобилей в России – уже китайского производства. И так далее, примеров – огромное множество. Но это и есть заморозка – когда мы заморозили процессы распада СССР (в этом огромная заслуга В.Путина и его команды), удерживаем их, находимся в состоянии стабильности, по многим вопросам начали путь восстановления позиций России в мире, но по каким-то причинам к формулированию целей развития, формированию исторического субъекта, и т.д. и т.п., все равно пока почему-то не переходим.
И здесь абсолютно не важно, как будет выглядеть схема управления – по первому варианту или по второму. Или по третьему. Неважно, как выглядит кошка. Главное, чтобы она ловила мышей. Вот как выглядела система при Сталине? Очень жесткая централизация всего – власти, ресурсов, системы контроля и наказаний. С одной стороны. С другой, при всей своей жесткости Система очень оперативно реагировала на нововведения, эксперименты, новые веяния в управлении, науке и т.д.
Сегодня у нас картина иная – централизации никакой нет (в сравнении со сталинской системой), но реакции на нововведения, эксперименты и т.д. – очень слабая. Нет же проблем на четвертый год СВО организовать производство дронов у нас. Однако до сих пор покупаем в Китае. Думаю, никто не сомневается в том, что, если бы такая задача была поставлена И. Сталиным перед Л. Берией, скажем, в 1943 году, он бы ее решил, максимум, за полгода. А сейчас что, почему?
Поэтому главную задачу нынешней политической системы в данном контексте вижу в том, чтобы эволюционно, в рамках себя, породить тот самый субъект исторического процесса, который будет наделен политической волей для вывода России на новую траекторию развития. Отсюда следует главный вывод – от реактивной модели реагирования на вызовы и угрозы пора переходить к целевому принципу развития.
Например. Да, у нас сейчас 145 миллионов населения. А нам надо через 50 лет, минимум, 200 миллионов. Что для этого надо сделать? Формулируется перечень задач. И чтобы там не формулировалось, разрабатывается жесткий инструментарий достижения этих целей. И вся система, независимо от групп влияния и их финансовых интересов, идет в эту сторону. Аналогично по всем остальным вопросам – начиная от увеличения космических запусков и заканчивая роботизированными системами вооружений в ВС РФ.
С одной стороны, для реализации целевого подхода система нуждается в жесткой централизации и системе контроля, с другой – в максимальном раскрепощении творческого потенциала людей. А это невозможно без борьбы с бюрократией, которая во всех бизнесах пытается найти свои 10-20% или отобрать их у чужих и передать своим.
Как показывает развитие событий в мире, самоуспокоенность может выйти боком. Даже чтобы оставаться на месте, сейчас бежать надо очень быстро. А с ускорением НТП, бежать придется еще быстрее. Поэтому хотим мы того или нет, но впереди нас ждет либо этап деградации и смерть Русской цивилизации, если мы не проснемся, либо этап ускоренного развития и ломки целого ряда нынешних аксиом, но в котором не будет стабильности.
Но только этот путь, это сверхусилие даст нам шанс выстоять в той борьбе субъектов истории, которая не затихает ни на минуту. Мы хорошо отдохнули. Пора выходить на просторы истории и снова пахать то немереное поле проблем, которое всегда лежит перед Россией.
@barantchik в цикле @arbat
https://vizitnlo.ru/problemy-i-paradoksy-sistemy-vlasti-v-rossii/
Сообщение отредактировал Сева - Понедельник, 17.11.2025, 16:41 |
| |
| |
| маша | Дата: Суббота, 29.11.2025, 17:18 | Сообщение # 51 |
|
Философ
Группа: Модераторы
Сообщений: 1282
Статус: Убежал
| Обычаи Территории – «Одним прощать, а с других драть». Из наблюдений автора.
В России есть три красивых обычая:
1. Бесплатно строить другим странам АЭС.
2. Давать в долг другим странам и прощать его.
3. Два раза в год повышать тарифы на ЖКХ для россиян.
Вот вам, уважаемый читатель, три великих и благородных ритуала, которыми славится Федерация на международной и внутренней арене — будто бы три святых обедни, служимые не в храме, а в залах Минэнерго, Центробанка и у кухонных плит обывателей.
1. Первый обычай: «Атомный дар без счёта».
Россия, как добрая фея с реактором вместо волшебной палочки, с улыбкой и техническим паспортом в руках приходит к нуждающимся странам и говорит: «Вот вам атомная станция — чистая, мощная, почти как у нас, только без санкций».
И не просит почти ничего взамен — разве что дружбы, порта для военных кораблей и права поставлять туда же уран до скончания века.
Турция получает «Аккую» — первую в своей истории АЭС — за счёт российского бюджета и российских же компаний.
Венгрия — «Пакш-2», Бангладеш — «Руппур», Египет — «Эль-Дабаа».
Всё это — «бесплатно», если не считать того, что через двадцать лет эти страны будут платить России за топливо, обслуживание, утилизацию отходов и, возможно, за молчание по поводу того, что реакторы уже скрипят, как дедовский стул.
Но разве это цена за светлое атомное будущее?
2. Второй обычай: «Долг — это не долг, а жест доброй воли».
Здесь Россия проявляет почти христианское милосердие — только вместо «прости им, ибо не ведают, что творят» — «прости им, ибо они нам полезны».
Например, в 2015 году Россия списала $30 миллиардов долга Кубе — за поставки нефти и советскую эпоху. Куба, в свою очередь, отблагодарила строчкой в учебниках истории: «СССР — старший брат».
В 2022 году — списан долг Сьерра-Леоне ($6,5 млн), Зимбабве ($6,7 млн), Мозамбика ($26 млн) — не из жадности, о нет! А «в целях укрепления двустаронних отношений».
А кто забыл про Киргизию, которой в 2013 году списали $500 млн, а потом вежливо попросили отдать базу в Кант?
Или Монголию, которой в 2023 году простили $20 млн долга за советские времена — прямо перед тем, как Монголия начала переговоры о поставках угля в Китай.
«Прощай, долг!» — говорит Москва с лёгкой улыбкой. «Мы не за этим держим тебя на крючке... то есть в партнёрстве».
3. Третий обычай: «ЖКХ-ритуал дважды в год».
А вот дома, в родных пенатах, Россия тоже не забывает о традициях.
Каждое 1 января и 1 июля — как по церковному календарю — происходит священное действо: тарифы на жилищно-коммунальные услуги поднимаются с той же неизбежностью, с какой старуха-процентщица в «Преступлении и наказании» шла к Раскольникову.
Это не рост цен — это акт любви государства к гражданину. «Ты грелся? Плати! Ты свет включал? Плати! Ты живёшь в квартире, а не в лесу? Плати, плати, плати!»
При этом трубы в подвале ржавеют, лифты работают по принципу «кто повезёт», а горячая вода появляется раз в год — и то только потому, что её кто-то случайно пустил из соседнего дома. Но тарифы растут — потому что «инфляция», «модернизация» и «глобальная нестабильность».
И всё это — ради тепла в доме, света в окне и веры в то, что, может быть, в следующем году не повысят ещё больше.
Так и живёт страна: дарит атомы миру, прощает долги стратегическим партнёрам, а своих граждан дважды в год мягко, но настойчиво подталкивает к мысли:
«А не пора ли тебе сэкономить на хлебе — зато у соседей будет светло и тепло… благодаря российскому атому».
Ирония, конечно, — но горькая, как чай без сахара в январскую оттепель.
Андрей Камо
|
| |
| |
| маша | Дата: Пятница, 05.12.2025, 11:33 | Сообщение # 52 |
|
Философ
Группа: Модераторы
Сообщений: 1282
Статус: Убежал
| «Будет только война - мира не будет»: Дугин предупредил о неизбежности конфликта России и Европы
По мнению философа, наше общество пока не готово к тому, что страна неизбежно окажется в масштабном военном противостоянии.
Большая война неизбежна, - убежден Александр Дугин.
Все, что происходит на Украине, это только «раскачка», приготовление ЕС к масштабной атаке на Россию.
И хотя Владимир Путин заявил, что мы готовы к такому повороту событий, по мнению Дугина, общество, на самом деле,
«оставило себе множество лазеек для того, чтобы продолжать прохлаждаться и изображать мирную жизнь, веря в ее прочность и надежность».
И это глобальная ошибка, т.к. даже подписание договора с Киевом, если до этого дойдет, не будет означать мира.
Дугин отмечает, что Россия явно не спешит с переговорами, при этом стараясь вести себя с Трампом предельно вежливо:
«Важно сейчас проследить реакцию Трампа. В его духе было бы снова сорваться и обрушиться на Россию с угрозами. Но, быть может, он сейчас слишком озабочен Венесуэлой».
Что касается сути переговоров, то, по мнению философа, сегодня только Трамп пытается спасти Украину, сохранив ее условный суверенитет, границы и политический режим. Сам же Киев настроен суицидарно. А для ЕС главное продолжать войну с Россией, пока сам ЕС не будет готов в нее вступить (украинцы покупают европейским агрессорам время).:
«Для России надо восстанавливать статус геополитического субъекта и реализовывать цели СВО, а для этого Украины (по крайней мере такой как сейчас, Анти-России) существовать не должно. Поэтому именно Трамп старается спасти украинский нацизм», - пишет Александр Дугин.
Владимир Путин только что заявил: Россия не собирается воевать с Европой, но если та начнет войну, то мы готовы «прямо сейчас». Александр Дугин убежден: войны не избежать. Вот только он считает, что с готовностью нашего общества к такому конфликту все далеко не так просто, как хотелось бы.
«Война с ЕС неизбежна. Она является утвержденным планом либеральных глобалистских элит, которые заправляют в основных странах Европы», - считает Дугин.
По его мнению, Дональд Трамп не будет их останавливать, но, скорее всего, постарается, чтобы США в этом конфликте не участвовали. Хотя бы - прямо. Поэтому нам надо готовиться к войне самым серьезным образом.
«Это делается, но все же не самым серьезным образом. Оставлено множество лазеек для того, чтобы продолжать прохлаждаться и изображать мирную жизнь, веря в ее прочность и надежность», - объясняет философ.
И делает вывод:
«Мира не будет. Будет только война».
В рамках будущей войны мир ждет резкий прогресс в новых технологиях и глобальный коллапс идеологии в мировом масштабе.
При этом, очевидно, что в Вашингтоне или не понимают того, к чему идет Европа, или сознательно все упрощают. Чего только стоит заявление министра войны США, который предложил помирить Путина и Зеленского, организовав им совместный ужин у Трампа.
Главный риск сегодня для России - это оказаться в ловушке, которую готовит для нас Запад, соблазняя миром. Дугин назвал «мирный процесс» - спектаклем, с целью любым способом остановить наше наступление:
«Для нас это, скорее, ловушка. Запад просто намерен воспользоваться передышкой, чтобы лучше и спокойнее подготовиться к новой войне. Мы же по каким-то совершенно непреодолимым соображениям миром для подготовки к войне распоряжаться совершенно не умеем. К войне русские готовятся только тогда, когда она уже идет. Стоит объявить конец войне, вся подготовка немедленно остановится».
Поэтому Дугин считает, что на сегодня у России есть только один гарантированный план достижения наших целей на Украине: освободить всю эту страну и «утвердиться в Киеве».
БлокнотРУ
|
| |
| |
| маша | Дата: Воскресенье, 04.01.2026, 18:38 | Сообщение # 53 |
|
Философ
Группа: Модераторы
Сообщений: 1282
Статус: Убежал
| Мир стоит на пороге большой войны
Александр Дугин
Данный текст представляет собой философскую рефлексию на атаку по Венесуэле и операцию по смене режима в Иране.
Я уверен: сейчас, глядя на то, что происходит в мировой политике, все окончательно поняли, что международного права больше не существует.
Его больше нет.
Международное право — это договор между крупными державами, способными отстоять свой суверенитет на деле.
Они-то и определяют правила — для себя и для всех остальных: что можно, а чего нельзя делать. И следуют им. Такое право действует тактами — пока баланс между крупными державами сохраняется.
Вестфальская система
Вестфальская система, признающая суверенитет национальных государств, сложилась в силу патового расклада сил между католиками и протестантами (с примкнувшей к ним антиимперской Францией). Если бы победили католики, Римский престол и Священная Римская империя утвердили бы совершенно иную европейскую архитектуру. Точнее, сохранили бы прежнюю, средневековую.
В каком-то смысле от Вестфальского мира в 1648 году выиграли именно протестанты Европейского Севера, ведь они изначально вели дело к национальным монархиям против папы и императора. Не выиграв тотально, они своего все же добились.
Формально Вестфальская система сохранилась до наших дней, так как мы строим международное право на принципе национальных государств, на чем настаивали в Тридцатилетней войне протестанты. Но, по сути, и в XVII веке это касалось только государств Европы с их колониями, и позднее не всякое национальное государство обладало настоящим суверенитетом. Все нации равны, но европейские нации (великие державы) были "равнее других".
Политический реализм
Определенный элемент лицемерия в признании национального суверенитета за слабыми странами был, но он вполне компенсировался теорией реализма. Она окончательно сложилась только в ХХ веке, но отражала картину международных отношений, определившуюся давно. Здесь неравенство стран уравновешивается возможностью создания коалиций и шахматным порядком альянсов — слабые государства заключают соглашения с более сильными, чтобы противостоять возможной агрессии других более сильных. Это на практике происходило и происходит.
Лига Наций старалась придать международному праву на основе Вестфальской системы более твердый характер, пытаясь частично ограничить суверенитет и заложить на основе западного либерализма, пацифизма и первой версии глобализма всеобщие принципы, которым все страны — большие и малые — должны были следовать. По сути, Лига Наций задумывалась как первое приближение к мировому правительству. Именно тогда окончательно сложилась школа либерализма в международных отношениях, начавшая долгий спор с реалистами.
Либералы полагали, что международное право рано или поздно вытеснит принцип полного суверенитета национальных государств и приведет к созданию единой интернациональной системы. Реалисты в международных отношениях продолжали настаивать на своем, отстаивая принцип абсолютной суверенности национальных государств, то есть прямое наследие Вестфальского мира.
Изображение сгенерировано ИИ - РИА Новости, 1920, 08.07.2025
Вторая мировая война и три идеологии суверенности
Однако уже к 30-м годам ХХ века стало понятно, что ни либерализм Лиги Наций, ни даже сама Вестфальская система не соответствует раскладу сил в Европе и мире. Приход нацистов к власти в Германии в 1933-м, вторжение фашистской Италии в Эфиопию в 1937-м и война СССР с Финляндией в 1939-м, по сути, разрушили ее даже формально. Хотя официально она была распущена только в 1946 году, уже в 1930-е первая попытка установления международного права как общеобязательной системы захлебнулась.
По сути, в 1930-е годы сложились три полюса суверенности — на сей раз на основании чисто идеологических признаков. Теперь важен был не формальный суверенитет, а реальный потенциал каждого идеологического блока. Вторая мировая война была как раз испытанием состоятельности всех трех лагерей.
Один лагерь объединял буржуазно-капиталистические страны — прежде всего Англию, Францию и США. Это был либеральный лагерь, однако поневоле лишенный своего интернационалистского измерения. Либералы были вынуждены защищать свою идеологию перед лицом двух мощных противников — фашизма и коммунизма. Но в целом совокупно — если не считать слабое звено, Францию, быстро капитулировавшую сразу после начала Второй мировой войны, — буржуазно-капиталистический блок продемонстрировал достаточный уровень суверенитета: Англия не пала под атаками гитлеровской Германии, а США достаточно эффективно бились с Японией на Тихом океане.
Вторым лагерем был европейский фашизм, особенно усилившийся в ходе завоевания Западной Европы Гитлером. Под знаменем национал-социализма объединились почти все европейские страны. В такой ситуации ни о каком суверенитете — даже в случае дружественных Гитлеру режимов (как фашистская Италия или Испания Франко) — речи идти не могло. Максимум, что некоторые страны (Португалия Салазара, Швейцария и так далее) смогли себе обеспечить, — это условный нейтралитет. Суверенной была только Германия, или, точнее, гитлеризм как идеология.
Третий лагерь был представлен СССР, и хотя это было лишь одно государство, в основе его лежала именно идеология — марксизм-ленинизм. Снова речь шла не столько о нации, сколько об идеологическом образовании.
В 1930-е годы международное право, последней версией которого были договоренности в Версале и нормативы Лиги Наций, рухнуло. Теперь все решали идеология и сила.
Причем каждая из идеологий имела свой взгляд на будущее устройство мира и, значит, оперировала своей версией международного права.
СССР верил в мировую революцию и отмену государств (как буржуазного явления), что представляло собой марксистскую версию глобализации и пролетарский интернационализм.
Гитлер провозгласил "тысячелетний рейх" с планетарным господством самой Германии и "арийской расы". Никакого суверенитета ни для кого, кроме мирового национал-социализма, не предусматривалось.
И лишь буржуазно-капиталистический — по сути, чисто англосаксонский — Запад сохранял приверженность Вестфальской системе, рассчитывая в будущем перейти к либеральному интернационализму и опять же к мировому правительству. Собственно, формально сохранявшаяся, хотя и не действовавшая Лига Наций и была в тот период рудиментом старого глобализма и прообразом грядущего.
В любом случае международное право было "подвешено" — по сути, упразднено. Началась переходная эпоха, где все решала только связка идеологии и силы, что и требовалось доказать на поле боя.
Так мы подошли ко Второй мировой войне как кульминации этого противостояния сил — идеологий. Международного права больше не было.
Конкретный результат силового/идеологического противостояния либерализма, фашизма и коммунизма привел к упразднению одного из полюсов — европейского национал-социализма. Буржуазный Запад и антибуржуазный социалистический Восток создали антигитлеровскую коалицию и совместно (с большей долей СССР) уничтожили фашизм в Европе.
Послевоенный мир и двуполярная система
В 1945 году была создана Организация Объединенных Наций как основа новой системы международного права. Отчасти это было возрождением Лиги Наций, но при этом резкий рост влияния СССР, установившего полный идеологический и политический контроль над Восточной Европой (и Западной Пруссией — ГДР), привносил в систему национальных суверенитетов ярко выраженный идеологический признак. Настоящим носителем суверенитета был социалистический лагерь, чьи государства объединились в военном аспекте в Варшавский договор, а экономически — в СЭВ. Никто в этом лагере не был суверенным, кроме Москвы и, соответственно, КПСС.
На буржуазно-капиталистическом полюсе, по сути, происходили симметричные процессы. Теперь ядром суверенного либерального Запада стали США. В англосаксонском мире центр и периферия поменялись местами — отныне лидерство от Великобритании перешло к Вашингтону. Страны Западной Европы и — шире — капиталистического лагеря оказались в положении вассалов Америки. Это было зафиксировано созданием НАТО и превращением доллара в мировую резервную валюту.
ООН закрепила систему международного права, формально основанную на признании суверенитета, а по факту — на балансе сил между победителями во Второй мировой войне. По-настоящему суверенными были только Вашингтон и Москва. Таким образом, и послевоенная модель сохранила связь с идеологией, упразднив национал-социализм, но существенно усилив социалистический лагерь.
Это и был двуполярный мир, проецировавший свое влияние на остальные регионы планеты. Все государства, включая недавно освободившиеся колонии Глобального Юга, стояли перед выбором: какую (из двух!) идеологических моделей принять. Если выбирали капитализм, то передавали суверенитет Вашингтону и НАТО. Если социализм — то Москве.
Движение неприсоединения пыталось учредить третий полюс, но для этого не хватило ни идеологического, ни силового ресурса.
Послевоенная эпоха установила систему международного права на основании реального соотношения сил между двумя идеологическими лагерями. Формально национальный суверенитет признавался, на деле — нет. Вестфальский принцип сохранялся номинально. В реальности все решалось через баланс сил между СССР и США с их сателлитами.
Однополярная система
В 1989 году в ходе коллапса СССР, к которому привели деструктивные реформы Горбачева, Восточный блок начал рушиться, а в 1991-м распался СССР. Бывшие социалистические страны приняли идеологию противника по холодной войне. Возник однополярный мир.
Это значило, что и международное право качественно изменилось. Теперь осталась только одна суверенная инстанция, ставшая глобальной: США, или коллективный Запад. Одна идеология, одна сила. Капитализм, либерализм, НАТО. Принцип суверенитета национальных государств и сама ООН стали реликтом прошлого, как когда-то Лига Наций. Международное право отныне устанавливалось только одним полюсом — победителей в холодной войне. Побежденные (бывший социалистический лагерь — и прежде всего СССР) приняли идеологию победителей, по сути, признав, вассальную зависимость от коллективного Запада.
В такой ситуации либеральный Запад увидел историческую возможность совместить интернациональный либеральный порядок и принцип силовой гегемонии. Это требовало подстройки международного права под реальное положение дел. Так с 90-х годов ХХ века началась новая волна глобализации. Она означала прямое подчинение национальных государств наднациональному органу (мировому правительству) и установление прямого контроля над ними со стороны Вашингтона, ставшего столицей мира.
Евросоюз был создан как раз как образец такой наднациональной системы для всего человечества. Мигрантов стали массово завозить именно для этого — чтобы показать, каким должно быть всемирное интернациональное человечество будущего.
ООН в такой ситуации утратила свой смысл. Во-первых, она была построена на принципе национального суверенитета (который больше вообще ничему не соответствовал). А во-вторых, особые позиции СССР и Китая и их место в Совете Безопасности ООН представляли собой реликт двуполярной эпохи.
Поэтому в Вашингтоне заговорили о создании новой — откровенно однополярной — системы международных отношений. Ее назвали "Лигой демократий", или "Форумом демократий".
При этом в самих США глобализм разделился на два течения:
идеологический либерализм, чистый интернационализм (Сорос с его "Открытым обществом", USAID, woke-повестка и так далее);
прямая американская гегемония с опорой на НАТО (неоконы).
По сути, оба подхода были крайне близки, но согласно первому главным приоритетом является глобализация и углубление либеральной демократии во всех странах планеты, а второй направлен на то, чтобы США напрямую контролировали всю территорию планеты на военно-политическом и экономическом уровне.
Восход многополярности
Однако переход от двуполярной модели международного права к однополярной до конца так и не произошел, даже несмотря на исчезновение одного из идеологических/силовых полюсов. Этому воспрепятствовал синхронный подъем Китая и России при Путине, когда впервые стали отчетливо проявляться контуры совсем иной мировой архитектуры — многополярности. С обратной стороны от глобалистов (и левых — чистых либералов-интернационалистов, и правых — неоконов) появилась новая сила. Пока отчетливо не оформленная идеологически, но отвергающая при этом идеологический паттерн либерал-глобалистского Запада. Эта смутная на первых порах сила стала отстаивать ООН и противодействовать окончательному оформлению однополярности, то есть превращению силового и идеологического статус-кво (реальную доминацию коллективного Запада) в соответствующую правовую систему.
Так мы оказались в ситуации, напоминающей хаос. Обнаружилось, что сейчас в мире действуют одновременно пять операционных систем международных отношений, столь же несовместимых, как программное обеспечение разных производителей.
По инерции ООН и нормативы международного права признают суверенитет национальных государств, который в реальности утратил силу уже около ста лет тому назад и существует как фантомная боль. Однако суверенитет все еще признается и подчас становится аргументом международной политики.
Также по инерции некоторые институты сохраняют следы давно завершившегося двуполярного мира. Это вообще ничему не соответствует, но время от времени дает о себе знать — например, в вопросе ядерного паритета между Россией и США.
Коллективный Запад продолжает настаивать на глобализации и движении к мировому правительству. А это значит, что всем национальным государствам предлагается уступить свой суверенитет в пользу наднациональных инстанций, таких как Международный суд по правам человека или Гаагский трибунал. Евросоюз настаивает на том, чтобы быть образцом для всего мира с точки зрения стирания любых коллективных идентичностей и прощания с национальной государственностью.
США — особенно при Трампе — под влиянием неоконов ведут себя как единственный гегемон, считая "правом" все то, что в интересах Америки. Этот мессианский подход отчасти противостоит глобализму, не принимает в расчет Европу и интернационализм, но столь же резко настаивает на десуверенизации всех государств — просто по праву силы.
И наконец, все яснее проступают контуры многополярного мира, где носителем суверенитета выступает государство-цивилизация, такое как современный Китай, Россия или Индия. Это требует еще одной системы международного права. Прообразом такой модели может служить БРИКС или иные региональные платформы интеграции — без участия Запада (так как он привносит с собой собственные — более артикулированные и жесткие — модели).
Все пять систем действуют одновременно и, естественно, мешают друг другу, производя непрерывные сбои, конфликты, противоречия. Происходит закономерное короткое замыкание сети, что создает впечатление хаоса или просто отсутствия какого бы то ни было международного права. Если есть одновременно пять действующих систем международного права, исключающих друг друга, то, по сути, нет ни одной.
У края пропасти
Вывод из такого анализа достаточно тревожный. Подобные противоречия на глобальном уровне, столь глубокий конфликт интерпретаций почти никогда в истории (честно говоря, вообще никогда) не разрешался миром. Те, кто отказываются воевать за свой миропорядок, сразу же оказываются побежденными. И им придется воевать за чужой миропорядок, но уже в статусе вассалов.
Следовательно, третья мировая война более чем вероятна. И в 2026 году более вероятна, чем в 2025-м или раньше. Это не значит, что мы на нее обречены, это значит лишь то, что мы находимся в очень трудной ситуации.
По определению мировая война задействует всех или почти всех — на то она и мировая. Но все же в каждой мировой войне есть главные субъекты.
Сегодня ими являются коллективный Запад в обоих своих ипостасях (либерально-глобалистском и гегемонистском) и поднимающиеся полюса многополярного мира: Россия, Китай, Индия.
Все остальные — пока лишь инструменты.
При этом у Запада есть идеология, а у многополярного мира ее нет. Сама многополярность уже в целом проявлена, а вот идеологически пока практически не оформлена.
Если международного права нет, а отстоять Ялтинский мир, старую ООН и инерцию двуполярности невозможно по определению, то надо выдвинуть свою новую систему международного права. Китай делает определенные попытки в этом направлении (Сообщество единой судьбы), Россия — в меньшей степени (исключением являются теория многополярного мира и четвертая политическая теория). Но этого явно недостаточно.
Возможно, в этом году нам придется участвовать в планетарной борьбе всех со всеми, в ходе которой и определится будущее, соответствующий ему миропорядок и система международного права. Сейчас нет никакого. А должно быть такое международное право, которое позволит нам быть тем, кем мы должны быть, — государством-цивилизацией, Русским миром. Вот это нам и предстоит осмыслить как можно скорее.
https://ria.ru/20260104/voyna-2066215800.html
|
| |
| |
|
|
